— Ну как он, утихомирился? — спросила она и почти тут же ответила самой себе: — Он прямо с ног валился, хотя и не понимал этого.

Шантель принесла Николасу коньяк, затем отвернулась и вышла на террасу. Ник последовал за ней и встал бок о бок у каменной балюстрады. Воздух был чистым, но прохладным.

— Как красиво, — заметила она. От луны расходилась широкая серебряная дорожка по морю. — Я всегда думала, что это тропинка к моим мечтам.

— Дункан, — сказал он. — Давай-ка поговорим о Дункане Александере.

Шантель поежилась и скрестила руки на груди, зябко обняв свои плечи:

— Что ты хочешь знать?

— На каких условиях ты передала ему контроль над своими акциями?

— В качестве агента, моего личного агента.

— Доверенность была генеральной?

Она кивнула.

— Оговорка о возможности отмены есть? — спросил Ник. — В каком случае контроль может вернуться к тебе?

— При разводе, — ответила она, затем покачала головой. — Но вряд ли суд станет возражать против отмены доверенности, если я на это решусь. Уж слишком она старомодная, викторианская. Я в любой момент могу обратиться за решением о снятии с Дункана агентских полномочий.

— Пожалуй, ты права, — согласился Николас. — Однако на это может уйти год, а то и больше, если только не удастся доказать его mala fides[17], — к примеру, что он сознательно нарушил оказанное ему доверие.

— А я могу это доказать, Ники? — Она повернулась к нему всем корпусом и вскинула лицо. — Он предал мое доверие?

— Этого я еще не знаю… — осторожно пробормотал Николас.

Но Шантель тут же прервала его:

— Я такая глупая, правда? — Ник промолчал, и тогда она продолжила срывающимся голосом: — Я знаю, что ничем не смогу восполнить тебе это, но верь мне, Николас… пожалуйста, верь мне! За всю свою жизнь я ни о чем не сожалела так сильно…

— Дело прошлое, Шантель. Все кончено. Нет смысла оглядываться назад.

— В мире нет другого такого человека, который бы вел себя, как ты, который бы за обман и предательство отплатил помощью и поддержкой. Я всегда хотела тебе это сказать.

Она стояла совсем рядом, и в прохладе ночи он мог чувствовать тепло ее тела, ибо их разделяла пара дюймов, не больше. Духи Шантель, соприкасаясь с ее кремовой кожей, слегка меняли оттенок. Да, она умела носить как одежду, так и ароматы.