Генрих поднял руки вверх.

– И нужно было, чтобы меня несчастная судьба занесла сюда, на другой конец света, и связала, чтобы только издалека должен был беспокоиться и тревожится.

– Можете быть вполне спокойны, ваше величество, – прибавил д'Антраге. – Королева бдит, ничего упущенного нет.

– Скажи мне ещё о Карле, – прервал Генрих. – Он действительно так плох?

– Делая вывод из лица, – шепнул прибывший, – сдаётся, что болезнь с каждым днём становится более угрожающей. Несмотря на старания врачей, он страшно исхудал, горячка его травит. Паре говорит тем, кому доверяет, что в том возрасте, в каком есть король, болезнь более угрожающая, чем в старости.

– Изменил жизнь? – спросил Генрих.

– Ничуть.

– А молодая королева? – тут он быстро взглянул в глаза приятелю, который его понимал.

– Нет о том страха, – шепнул д'Антраге, – единственным потомком останется ребёнок Мари Туше.

Генрих улыбнулся.

– Тогда никому препятствовать не будет, – сказал он, бросаясь в кресло. – Должно быть, ты ужасно устал, д'Антраге? – прибавил он. – Но я тебя даже для снятия этих ботинок отпустить не могу, пока мне не расскажешь всего. Так жаден я до новостей из Парижа, так соскучился по вам! А! Что за страна! Что за люди! И наконец, как Дамоклов меч, висит надо мной страшная необходимость жениться на женщине, которая могла бы быть моей матерью, а говорят о ней, что она ведьма, что отравила собственного брата и унаследовала от матери все качества, которые тут память о ней делают отвратительной.

Д'Антраге поглядел на него.

– Этот брак… – начал он.

– А! Этот брак, – не давая говорить, добросил король, – этот брак был бы смертью для меня! Чем-то ещё хуже смерти, пыткой…

– Не торопят, ваше величество?

– Я выворачиваюсь, как могу, – начал Генрих живо. – Обманываю, откладываю, не даю им говорить о том даже. Часть сенаторов за меня, я надеюсь через них остальных приобрести.

Опираясь на руку, говорил он с опущенными глазами, и поднял вдруг голову.

– Ты мог бы остаться навсегда прикованным к этим льдам? – воскликнул он. – Д'Антраге, вы на это не согласитесь! Я не выдержу!

Он встал с кресла.

– До каких пор моя судьба останется нерешённой? – воскликнул он.