– Тогда добро пожаловать в Третий Парфянский, Юлий Цезарь! – резко бросил Гадитик. – Поднимайся на борт, поговори насчет койки и довольствия. Увидимся через два часа, когда будешь давать присягу.

Юлий повернулся к Тубруку, который протянул руку.

– Боги благоволят храбрым, Юлий. – Старый гладиатор улыбнулся и повернулся к Кабере. – А ты держи его подальше от крепких напитков, беспутных женщин и мужчин, у которых свои игральные кости. Понял?

Кабера издал губами неприличный звук.

– У меня свои игральные кости, – сказал он.

Гадитик притворился, что не заметил этого обмена репликами, и поднялся по сходням на корабль. Решение было принято, будущее прояснилось, и узел напряжения в голове распустился прежде, чем старик осознал, что он там был. Кабера ощутил, как у Юлия внезапно поднялось настроение, и повеселел сам. Молодые не утруждают себя размышлениями о будущем или прошлом, по крайней мере, не предаются им долго. Они поднялись на борт галеры, и мрачные, кровавые события в Риме словно бы остались в другом мире.

Юлий ступил на покачивающуюся палубу и перевел дух. Молодой солдат лет двадцати с небольшим, высокий и крепкий, стоял неподалеку с хитровато-насмешливым выражением. Лицо его было испещрено оспинами.

– Так и подумал, что это ты, рыбеха, – сказал он. – Увидел Тубрука на причале.

Юлий не сразу узнал говорившего. Потом в голове как будто щелкнуло.

– Светоний? – воскликнул он.

Легионер слегка напрягся.

– Для тебя – тессерарий Пранд. Я – командир стражи в этой центурии.

– Ты ведь теперь тоже тессерарий, не так ли, Юлий? – громко и ясно сказал Кабера. Юлий посмотрел на Светония. В этот день у него не было настроения щадить чьи-то чувства.

– Пока, – ответил он Кабере и повернулся к своему старому соседу. – И давно ты в этом звании?

– Несколько лет, – ответил Светоний, напрягаясь.

Юлий кивнул:

– Посмотрим, смогу ли я достичь большего. Не покажешь мне мое место?

Задетый столь бесцеремонным обращением, Светоний вспыхнул от гнева, отвернулся и пошел прочь.

– Старый приятель? – пробормотал Кабера, когда они последовали за ним.

– Нет, не совсем. – Юлий не сказал больше ничего, а Кабера не стал выпытывать подробности. В море будет время выяснить все, что нужно.