– Что это вы так расшумелись, парни? Что за дела привели вас в наш квартал? – поздоровавшись и справившись о здоровье, спросил Алхаст. – Время же позднее, люди спят давно. Детей можете разбудить, больных потревожить. Нельзя же так.

– Прости, Алхаст. Богом клянусь, не подумал об этом, – выпалил Хизир, словно он до этой минуты и не слышал шума машины. – Бислан, сходи, скажи Бухари, чтобы заглушил мотор. Ты давно приехал, Алхаст? Вроде в городе жил.

– Да вот, вернулся под отчий кров, Хизир. Не приняли меня городские. Что стоять здесь, зайдемте ко мне, чайку попьем, поболтаем. Правда, – улыбнулся Алхаст, разглядывая военную форму, в которую все пятеро были одеты, – мне не совсем по душе ваши наряды и побрякушки, которыми вы обвешаны, словно на войну собрались. Но тем не менее. Да и кого сейчас оружием удивишь…

– Одежда такая, какой она и должна быть у воина, – засмеялся Саламбек. – Мы же теперь, Алхаст, армия, чеченская армия! А какая армия без обмундирования и оружия?!

– Спасибо, Алхаст, – поблагодарил за приглашение Хизир. – Мы по делу здесь. Ждем кое-кого. Как только подъедет, переговорим с ним и поедем.

В ту же минуту на улицу свернула еще какая-то машина. Она ехала с очень большой скоростью, поднимая клубы пыли. Поравнявшись с ними, резко затормозила и остановилась как вкопанная, словно скакун перед обрывом.

Из машины вышел полноватый человек в одежде мюрида. Ступив на землю, он погладил рукой, в которой держал четки, коротко стриженую бороду и стал тут же, возле машины.

Алхаст узнал его. Это был тот самый Масхуд, о котором ему говорил Билал.

– А вот и он, Алхаст, мы поехали, – Хизир пожал Алхасту руку и направился к Масхуду.

Остальные, тоже по очереди пожав Алхасту руку, последовали за ним.

Как только они подошли к нему, Масхуд стал что-то им говорить, усиленно жестикулируя. Те изредка вставляли слово. Он не мог слышать их слов, да и не было ему никакого дела до чужих разговоров, поэтому вернулся к себе.

Алхаст присел во дворе, выбрав подходящее место, чтобы видеть ночных гостей. Он решил не заходить в дом, пока те не разъедутся.

Вскоре Хизир и его товарищи сели в свою машину и уехали. Масхуд подождал, пока они скрылись за поворотом, и направился к дому Алхаста. Походка у него была твердая и уверенная, как у человека, привыкшего повелевать. Пройдя через открытую калитку, Масхуд подошел к Алхасту.

– Мир и благословение Бога тебе, молодой человек! – произнес он с напускной важностью в голосе. – Мне сказали, что ты Алхаст, сын Абу.

– И вам мира и благословения! – ответил на приветствие Алхаст. – Да, вам сказали правду.