Вскоре Нед ушел и направился на Кинг-стрит, чтобы проверить, как идет подготовка к завтрашней казни: нужно было возвести эшафот, сломать часть кладки Банкетного дома, чтобы король мог выйти на платформу, доставить «блестящий топор палача» из лондонского Тауэра. Так много мелочей, он даже не мог их сейчас все припомнить. Они задержали его до ночи. Рано утром на следующий день он снова пришел в комнату к Кромвелю. Харрисон и Айртон еще спали. Кромвель уже встал. Смертный приговор и распоряжение о казни лежали на столе, а три полковника, которым предстояло надзирать за обезглавливанием, – Хэкер, Экстелл и Ханкс – собрались вокруг него. В последний момент Ханкс принялся отказываться, и Кромвель называл его «недотепой и капризным малым». Сомнения, сомнения, даже на этой последней стадии… Но Нед был настроен решительно. Это было как во время кавалерийской атаки: голова опущена, ноги соприкасаются с ногами соседей и на полном скаку на врага.

Я вернулся в Банкетный дом с целью убедиться, что невозможна никакая попытка спасти короля в последнюю минуту. Я присутствовал при том, как государь встретил смерть. Он прошел мимо меня, но словно не заметил. Мне рассказали, что он надел в тот холодный день еще одну рубашку, чтобы не видно было дрожи. Он умер очень храбро. Это я обязан сказать.

Можно ли искупить плохую жизнь хорошей смертью? Стоя у открытого окна, Нед слышал последние слова короля: «Я ухожу от тленной короны к нетленной, где не бывает тревог, никаких тревог в мире». Нед видел, как опустился топор, слышал стон толпы, смотрел, как поднимают отсеченную голову. Позднее ее пришили обратно к туловищу, чтобы труп можно было показать в открытом гробу во дворце Сент-Джеймс иностранным послам и прочим видным деятелям, дабы те убедились, что Карл Стюарт в самом деле мертв.

Нед пробежал глазами по написанному. Он умер очень храбро… Это было не вполне правдиво. Король умер более чем мужественно – он принял смерть безмятежно, почти радостно. Наверное, Карл понимал, что своим поведением на суде и на эшафоте ему удалось наконец одержать победу над своими врагами. Только сейчас Неду пришла в голову мысль, что король умер в точности так, как цареубийцы много лет спустя, – в абсолютной уверенности в своей правоте.