Мое первое воспоминание – внезапно заполненная солдатами в синей униформе, танками и лошадьми рыночная площадь Оффенбурга в 1923 году. До того как я пошел в 11 часов на детскую церковную службу, там было пусто, и вдруг такое!

Французы вторглись, невзирая на мирное время. Они заняли у нас верхний этаж дома, предназначенный для женщин и детей, а на фабрике разместили подразделение солдат[384].

Воспоминания Клеменса о детстве обрываются на двенадцатилетнем возрасте, поскольку его сын не захотел, чтобы я прочел и скопировал следующие две страницы. На четвертой странице ему уже 18 лет, он прошел через национал-социалистическую обработку в гитлерюгенде и стоит в униформе «солдата труда», украшенной нарукавной повязкой со свастикой на Цеппелинвизе в Нюрнберге. Страница начинается следующими абзацами:

Включающийся и выключающийся в такт маршевому шагу зеленый свет на высокой стене ворот синхронизирует марш десяти тысяч трудовиков. Земля дрожит под ногами. Это должно рождать чувство солидарности: «Где мы маршируем, нас ничто не остановит». На огромном поле Цеппелинвизе блестящие пластинки указывали каждому его место. Все команды, например «Лопаты вверх!», звучали и выполнялись одновременно. Это выглядело как молния надо всем полем. Речь Гитлера была почти не слышна и не имела значения[385].

Включающийся и выключающийся в такт маршевому шагу зеленый свет на высокой стене ворот синхронизирует марш десяти тысяч трудовиков. Земля дрожит под ногами. Это должно рождать чувство солидарности: «Где мы маршируем, нас ничто не остановит».

На огромном поле Цеппелинвизе блестящие пластинки указывали каждому его место. Все команды, например «Лопаты вверх!», звучали и выполнялись одновременно. Это выглядело как молния надо всем полем. Речь Гитлера была почти не слышна и не имела значения[385].

Клеменс повествует о параде во время партийного съезда Национал-социалистической партии Германии 16 сентября 1936 года, в котором приняли участие тысячи членов «Армии труда». Родившаяся из опыта трудовой повинности времен Первой мировой войны и борьбы с безработицей 1920-х – начала 1930-х годов «Добровольная армия труда» превратилась после прихода Гитлера к власти в государственно-партийную организацию. Она объединила воспитание в национал-социалистическом духе с идеей «почетного труда на благо немецкого народа», с реализацией больших строительных объектов, с помощью в уборке урожая, с проектом перераспределения людских ресурсов из промышленно-капиталистического сектора в романтизированный «труд на земле». С апреля 1934 года каждый выпускник школы любого пола должен был в течение «обязательного года» заниматься физическим трудом. «Армия труда» создавала мост между обязательным образованием и воинской обязанностью[386].