Даня, Боря и граница
Однажды со мной приключилась такая история. Ко мне в Челябинск приехал в гости Бернхард – мой старый друг из бывшей ГДР – с женой Идой. Мы дружили уже более 10 лет, с тех пор как я в 1981 году впервые побывал в Восточной Германии, где Бернхард был сопровождающим нашей туристической группы. Мой друг – огромный, ростом выше двух метров и весом более сотни килограммов тюрингец с жутким диалектом из местности на самой границе с Баварией. Он обладает неистребимыми чувством юмора и верой в возможность установления справедливого порядка на Земле. Встреча в Москве и Челябинской области, с которой связана эта история, состоялась в начале 1990-х. Еще года не прошло с распада СССР, в стране царил бардак, на улицах совсем недавно появились киоски с паленым алкоголем и косматые бомжи, которые казались моим гостям исконно русскими мужицкими типами.
В обстановке новой рыночной свободы всем хотелось немного подзаработать, и казалось, что это совсем просто. Бернхард прихватил по моему совету поляроид, чтобы выгодно реализовать его у нас. Но на этой операции разжиться не удалось. А брат Иды оказался более практичным и посоветовал продать в России профессиональную фотокамеру с цейсовской оптикой. Камера продалась хорошо, но что делать с рублями, было неясно. Челябинские магазины стояли пустые. Мы приехали в Москву, где у нас был последний день на экскурсии и покупки. К вечеру накануне отлета у моих друзей оставалась еще довольно крупная сумма в рублях, которая по моему легкомыслию и их неосведомленности была выложена в одном из антикварных магазинов на Старом Арбате за несколько латунных складней и крестов конца XIX века.
* * *
Лишь придя домой и увидев, как Бернхард рассовывает антиквариат по чемодану, заворачивая в штанины джинсов, я начал осознавать осложнения, которыми чревата вечерняя покупка. В международном аэропорту Шереметьево-2 при сдаче багажа – тогда таможенный контроль предшествовал регистрации билетов – опасения обернулись неприятностями. Молодой таможенный чиновник, разглядывавший на мониторе просвеченный багаж, остановил ленту багажного транспортера на чемоданах моих друзей, взял в руки их декларации и начал задавать вопросы по поводу незаполненных пунктов.
– Наркотиков нет?
– Нет.
– Пишите «нет».
– Оружия нет?
– Нет.
– Пишите. Антиквариата нет?
– Нет.
– Пишем. А теперь открываем вот этот чемодан.
Сердце у меня упало. Бернхард, кряхтя, стал расстегивать молнию. Таможенник уверенно, словно бы сам запаковывал багаж, ловкими жестами фокусника достал все до последней покупки со Старого Арбата.