Поскольку противостояние во времена острейших социальных и национальных катаклизмов не ограничивается идеологической плоскостью, теоретическими дискуссиями, как правило, выливается в самые отчаянные сражения с применением всех возможных мер, вплоть до наиболее крайних – вооруженных, стремление к победе детерминирует трансформацию центробежных тенденций в центростремительные, прежде всего на основе социальных интересов. И, если не пренебрегать хронологическим принципом, окажется, что первыми на путь консолидации наличных потенций в конкретном опыте полиэтнической России становились силы, препятствовавшие развитию, углублению, радикализации революционных процессов.

Так, Центральная Рада, сложившаяся преимущественно из «умеренных социалистов», инициировав и возглавив Украинскую национально-демократическую революцию, практически с первых шагов действовала, что называется, «с оглядкой». Сразу же заявив о поддержке Временного правительства как всероссийской власти, она далее более чем робко вела себя по отношению к официальному Петрограду. В пространных обращениях к правительству, на переговорах с ним и даже в Универсалах украинский национально-координационный центр прежде всего стремился доказать свою лояльность либеральному режиму, даже если из Северной столицы доносились шовинистические окрики и угрозы. И вовсе не ради «украшения» документов дипломатическими пассажами, тем более осуществления давления на властный центр лидеры Украинской революции унизительно упрашивали Временное правительство согласиться хотя бы на заявление о благосклонном отношении к перспективе провозглашения автономии Украины. В противном случае, предупреждали из Киева, руководители национального движения не смогут контролировать, сдерживать народную стихию, угрожающую пойти по «радикальному руслу». То есть собственных масс «национальные социалисты» опасались больше, нежели великодержавников-соседей. Весьма наглядно и убедительно это проявилось во время выступления полуботковцев в Киеве 3–5 июля 1917 г., октябрьских событий, в других ситуациях.

Одной из основных идей ІІІ Универсала, провозгласившего Украинскую Народную Республику, явился призыв к сплочению вокруг новообразования всех тех, кто не признает советскую власть, потому поддержка А. Каледина (единственной силы, откликнувшейся на инициативу из Киева) не тактическая «случайность», а реализация стратегического замысла.

Не менее красноречива практика формирования гетманских правительств в 1918 г. Не просто их основа, а преобладание в составах оказались в руках российских кадетов – буквально вчерашних непримиримых врагов по отношению к самым скромным справедливым требованиям украинцев, даже провозглашению «куцей автономии». И совсем не удивительно, что П. П. Скоропадский, как только мог, помогал становлению, укреплению белого движения, а увенчал усилия в данном направлении договор с атаманом Всевеликого войска Донского П. Красновым о воссоздании «единой и неделимой России». Причем Украинской Державе отводилась главная роль в процессе, предполагавшем ликвидацию Украины в любом мыслимом статусе, растворение в едином российском территориальном пространстве.