С другой стороны, с критикой политики правительства выступили и сторонники А. Деникина, назвав ее слишком «украинофильской», а генерала д’Ансельма и полковника Фрейденберга обвинили в деятельности в пользу украинцев[719].

Следует отметить, что в то время, когда разворачивались упомянутые дискуссии, об украинцах говорили уже больше в прошедшем времени, ведь украинская армия была почти разбита, а совместный российско-украинский антибольшевистский фронт не удалось создать. Здесь сказалась ориентация Франции прежде всего на белое движение. В ответ на запрос генерала д’Ансельма Париж телеграфировал командованию в Одессу, приказывая «делать общее дело с русскими патриотами». То есть выбор был сделан в пользу Добровольческой армии. Разъясняя политику Франции, министр иностранных дел С. Пишон в письме французскому послу в Англии Комбону 23 марта писал: «Расчленение нашего союзника не может быть конечной целью нашей политики, поэтому мы не можем поощрять это расчленение. Пока ни одна из частей России не может гарантировать собственного существования и развития, наша политика (в южной России) должна основываться на одной силе, здесь существующей – Добровольческой армии, хотя она и является посредственной»[720].

Недостаток союзнической поддержки, отказ направить в Украину воинское пополнение заставили премьер-министра Франции Клемансо, парламент принять решение о прекращении интервенции[721].

Для французских политиков и военных стало очевидным, что план интервенции, ориентированный преимущественно на внутренние силы Юга России, не оправдался. Решение об эвакуации союзных сил из Украины в значительной степени связывалось с поражениями армии УНР и потерей украинским правительством, Директорией своей территории.

Следовательно, становится понятным, что все усилия С. Петлюры, сил, которые он олицетворял и возглавлял, добиться помощи от Антанты потерпели полный крах. Собственно, они с самого начала были обречены на неудачу. Да и весь ход переговоров не давал оснований для малейшего оптимизма. Упорное, абсолютно лишенное гибкости настаивание на субъективно выбранном варианте, при ограниченном учете многообразия действия разнонаправленных факторов, без поиска альтернативных путей (нередко в дипломатии это один из элементов давления на партнера) обернулись не только личным фиаско фактического лидера государства, но и огромными испытаниями для всего его народа.

Многие историки – «поклонники» украинской власти, адепты С. Петлюры и сегодня сокрушаются по поводу «необъяснимых» действий, точнее, практических, конструктивных действий со стороны Антанты в деле помощи становлению, укреплению Украинской Народной Республики. Дескать, это было критически нужно и важно не только украинцам, но и всей Европе, всему цивилизованному миру, которым угрожала «большевистская чума». Однако изложенные выше факты больше свидетельствуют о другом.