Через шесть дней после подписания император праздновал заключение мира на банкете, где все гости были рассажены в соответствии с чином – этот распорядок впервые использовался в его правлении. Кроме того, Петр и его канцлер Воронцов надели прусский орден Черного Орла. Банкет продолжался четыре часа, за это время было произнесено четыре тоста: за мир с Пруссией, тост с личным поздравлением Фридриха II, тост по поводу заключения бессрочного мира между двумя державами и тост за «честь всех доблестных офицеров и солдат прусской армии». Каждый тост сопровождался тройным оружейным залпом в Петропавловской крепости, а также залпом из пятидесяти пушек, установленных на площади около дворца. Не было никаких упоминаний о достижениях, храбрости и потерях русской армии и, по словам графа Мерси: «в ход были пущены все средства, чтобы оскорбить и унизить своего давнего союзника, Австрию».

Сенсационный военно-политический кульбит потряс европейские державы. Когда правительство Марии Терезии в Вене узнало о том, что русский император готов пожертвовать всеми своими завоеваниями «в интересах мира», ответ был сдержанным – Австрия хотела узнать детали того, как это будет достигнуто. Российское объяснение доставили в апреле, ответ оказался вычурным и напыщенным. В нем объявлялось, что ради достижения мира одна из воюющих сторон должна сделать шаг навстречу как защитник и посредник в установлении мира. Россия выбрала себе эту роль «из сочувствия к страдающему человечеству и по причине личной дружбы с королем Пруссии. Австрийскому двору предлагается последовать этому примеру». Для Вены это сообщение таило в себе угрозу. И она стала реальностью, когда Петр подписал договор о союзничестве с Фридрихом. Петр объяснил это тем, что, поскольку его добрые чиновники оказались совершенно бесполезными, ему пришлось пойти на крайние меры и помочь королю Пруссии и его армии, так как это был самый быстрый способ восстановить гуманизм в этом благословенном мире. Он приказал Захару Чернышеву, командующему российским корпусом, объединившемуся с австрийской армией в Силезии (и страстному поклоннику Екатерины четырнадцать лет тому назад) присоединиться к прусской армии вместе со своей пехотой численностью в шестнадцать тысяч солдат и тысячью казаков, чтобы воевать против Австрии. После подобного предательства и краха всех многолетних дипломатических стараний в России граф Мерси попросил перевести его в Вену и рекомендовал поставить на его место какого-нибудь малоизвестного и ничем не выдающегося дипломата.