Вот и на этот раз… Одним словом, этот мальчик соединяет в себе столько противоречий, что не сразу разберешься в нем». Екатерина II хорошо знала, что Александр часто бывает в Гатчине, беседует с отцом и матерью, невольно подпадает под влияние их мыслей. То, что не смог сделать де Лагарп, сделал генерал А.Я. Протасов, который, по словам Павла Петровича и Марии Федоровны, «возвратил им сына». Воспринимая письмо Александра как согласие на государственный переворот, Екатерина II надеялась огласить рескрипт о передаче престола внуку Александру Павловичу в случае ее смерти. Но смерть императрицы пришла неожиданно: она скончалась 6 ноября 1796 года.
В Гатчину один за другим прибывали курьеры с печальным известием. За каретой Павла Петровича следовали десятки карет с курьерами, которых посылали придворные. 6 ноября все бумаги, в которых говорилось о государственном перевороте, были найдены и сожжены. В поисках этих бумаг помогали граф Безбородко и граф Платон Зубов.
Книга вторая При правлении императора Павла I
Книга вторая
При правлении императора Павла I
Часть первая Перемены в обществе и политике
Часть первая
Перемены в обществе и политике
«Никогда еще не бывало такой быстрой смены всех декораций, как это произошло при восшествии на престол Павла I, – вспоминал Адам Чарторижский. – Все изменилось быстрее, чем в один день: костюмы, прически, наружность, манеры, занятия. Воротники и галстуки носили до тех пор довольно пышные, чересчур закрывающие нижнюю часть лица; теперь их моментально уменьшили и укоротили, обнажив тонкие шеи и выдающиеся вперед челюсти. Раньше в моде была элегантная прическа на французский лад: волосы завивались и закалывались сзади низко опущенными. Теперь их стали зачесывать прямо и гладко, с двумя туго завитыми локонами над ушами, на прусский манер, с завязанными назад у самого корня пучком; все это было обильно напомажено, напудрено и напоминало наштукатуренную стену. До сих пор щеголи старались придать своим мундирам более изящный вид и охотно носили их расстегнутыми. Теперь же с неумолимой строгостью вводилось платье прусского покроя, времен старого Фридриха, которое носила гатчинская армия. Парад сделался главным ежедневным занятием, и на этих парадах разыгрывались самые важные события, под влиянием которых император на всю оставшуюся часть дня становился довольным или раздраженным, снисходительным или расточающим милости или строгим и даже ужасным» (