Это воззрение Маркс подробно обосновал в составленном им адресе, изданном генеральным советом Интернационала 23 июля. Он называл в нем «военный заговор 1870 г. исправленным изданием государственного переворота 1851 г.», но говорил, что это похоронный звон, под который погибнет Вторая империя, и что она закончится, как и началась, — пародией. Однако не следует забывать, что именно правительства и господствующие классы дали возможность Бонапарту разыгрывать в течение восемнадцати лет жестокий фарс восстановленной империи. Если война является оборонительной со стороны немцев, то кто привел Германию в состояние обороны, кто дал возможность Людовику Бонапарту вести войну против Германии? Пруссия. Бисмарк вел тайные переговоры с тем же самым Бонапартом до Кёниггреца, а после Кёниггреца не противопоставил закрепощенной Франции свободную Германию, а, напротив того, привил в Германии к прелестям своей старой доморощенной системы все ухватки Второй империи; в результате бонапартовский режим процветал на обоих берегах Рейна. К чему другому это могло привести, как не к войне? «Если немецкий рабочий класс допустит, чтобы настоящая война утратила свой строго оборонительный характер и превратилась в наступательную войну против французского народа, то и победа и поражение будут в одинаковой мере злополучны. Все бедствия, которые обрушились на Германию после так называемых освободительных войн, возобновятся с возросшей силой». Адрес ссылался на декларации немецких и французских рабочих против войны, устраняющие опасения столь печальных результатов. Он указывал также и на то, что позади самоубийственной борьбы таится мрачный облик России. Все симпатии, которые смогут снискать себе немцы в оборонительной войне против нападения со стороны Бонапарта, немедленно отпадут, если прусскому правительству позволят призвать казаков или принять их помощь.

За два дня до выхода этого адреса, 21 июля, северогерманский рейхстаг ассигновал 120 миллионов талеров на военные кредиты. Парламентские представители лассалевцев, согласно принятой ими с 1866 г. политике, голосовали за кредиты. Напротив того, Либкнехт и Бебель, парламентские представители эйзенахцев, воздержались от голосования. Своим голосованием за кредиты они бы высказали вотум доверия прусскому правительству, подготовившему своим образом действия в 1866 г. и настоящую войну; с другой стороны, голосование против кредитов означало бы некоторое одобрение гнусной и преступной политики Бонапарта. Либкнехт и Бебель смотрели на войну преимущественно с нравственной точки зрения, и она вполне соответствовала тем взглядам, которые были высказаны позднее Либкнехтом в том, что он писал об эмской депеше, и Бебелем в его «Воспоминаниях».