Глава девятая
Глава девятая
Израиль всю жизнь тосковал по великой всепоглощающей любви. Он ждал безумной страсти. И в результате влюбился в необычную женщину младше его на шестнадцать лет.
И она возникла на пороге его дома с чемоданом в одной руке и маленьким столиком, который смастерил для нее столяр из кибуца Бейт Альфа, в другой. И объявила ему, что если он не хочет с ней жить, пусть выгонит ее из своего дома.
“Жизнь Наоми погружена в лирику, и душа ее – чувствительна”, – подумал он, увидев в поле, примыкающем к его огороду одинокий белый анемон среди пылающих алым цветом своих собратьев. Анемон-альбинос вознесся над всеми остальными, одинокий и неповторимый, как его Наоми. И возникло желание устроить ей романтическое свидание. Бедуин Халед, которого ребенком усыновил кибуц, пришел ему на помощь. Прихватив лопаты, они направились к подножью гор Гильбоа. Несколько дней по утрам они рыли пещеру длиной два метра, шириной – в полтора, высотой – в метр. Халед укрепил стенки картоном от упаковочных ящиков, а пол посыпал соломой.
Этот день стал для Наоми незабываемым. С таинственным видом Израиль повел ее к подножью горы. Не переставая удивляться, она вползла вместе с ним в пещеру. Пять высоких свечей, выставленных в ряд, горели в темноте, а за ними высился белый анемон.
“Дорогая моя Наоми, прислушайся к безмолвию, оно красноречивей, чем любая речь. Обрати внимание на возникающие в связи с этим ассоциации, – прервал Израиль долгое молчание. – Вдохновившись этими свечами и анемоном, каждый из нас должен сочинить рассказ”.
Ей хотелось просто успокоиться в мистической атмосфере. Но Израиля не интересовали ее желания. Он взял два карандаша. Один – себе, другой протянул Наоми. Потом положил на стол пачку бумаги. “Мы прочитаем оба рассказа, проанализируем их и дадим себе слово – не обижаться на критику”. Она прочла короткий текст. Женщина просит своего любимого объяснить ей, как среди поля алых анемонов вырос один единственный белый анемон. Он отвечает ей, что она должна собственными силами разгадать это явление. Ей не удается это сделать. Он говорит любимой женщине: “Красота этого анемона не проникла глубоко в твою душу”. Он предлагает расстаться, ибо пришел к выводу, что чувства их поверхностны, и они не предназначены друг другу. Они смогут быть вместе только тогда, когда она разгадает тайну белого анемона.
“Ты сочинила искусственный текст. Нет в нем глубины”, – сказал он и начал читать свой рассказ о человеке, который гнался за шорохами. Однажды он шел по улице и услышал за спиной шорох, вернее едва слышную мелодию. Удивился: кто это там или что это там шумит. И тут шорох говорит ему: “Я хочу, чтобы ты повторил эту шуршащую мелодию. Человек повернулся, чтобы увидеть, откуда идут эти звуки, и ничего не увидел. Целый день он спрашивал прохожих, слышат ли они эти шорохи и звуки, но никто ничего такого не слышал.