Балет Дягилева прибыл в Сан-Франциско 31 декабря, и на новогоднем вечере в отеле Барокки, имевший репутацию ясновидца, гадал каждому по руке. Он предсказал Ромоле долгую жизнь и хорошее здоровье, но некую разлуку с Вацлавом через пять лет. Посмотрев на руку Нижинского, Барокки был явно потрясен. Вацлав поинтересовался, не умрет ли он, и Барокки ответил: «Нет, нет, конечно нет, но… это хуже… хуже».
Сезон в Сан-Франциско продлился две недели, и вторую неделю Вацлав и Ромола жили в отеле близ Окленда. Нижинский посетил Университет Беркли, а также впервые летал на аэроплане.
Толстовцы теперь постоянно присутствовали в жизни Нижинских: они вели с Вацлавом длительные разговоры по-русски, которые Ромола не понимала, и сопротивлялись всем попыткам заставить их уйти. В обществе Костровского и Зверева, писала Ромола, Нижинский «реагировал подобно чувствительному растению и замыкался в себе. Он стал молчаливым, задумчивым, почти подавленным…» Костровский убедил Вацлава стать вегетарианцем, как и он сам, Ромола была уверена, что это истощило бы его физические силы, необходимые для танцев.
В январе Русский балет гастролировал на Западе: Портленд — Ванкувер — Сиэтл — Такома — Спокан — Сан-Паулу — Миннеаполис — Милуоки. Теперь Ромола почти не виделась с Нижинским, который становился слабым и раздражительным и которого толстовцы уговаривали оставить балет и работать на земле. Ромола сказала Вацлаву, что, несмотря на свою преданность ему, она не одобряет его мысль оставить балет ради крестьянского хозяйствования. Дело дошло до того, что, когда они в конце января приехали в Чикаго, она приняла решение вернуться в Нью-Йорк к Кире. Так как турне продолжалось (Индианаполис — Сент-Луис — Мемфис — Бирмингем — Нноксвилл — Нашвилл — Луисвилл — Цинциннати — Дейтон — Детройт — Толидо — Гранд-Рапидс — Чикаго (снова), они общались посредством телеграмм и телефонных звонков. В феврале Нижинский позвонил Ромоле из Кливленда и сообщил, что Дягилев телеграммой приглашает его присоединиться к труппе в Испании, а затем отправиться в турне по Южной Америке. Она посоветовала ему, прежде чем принимать решение, проконсультироваться со своим нью-йоркским адвокатом.
Следующие выступления труппы прошли в Питтсбурге и в Сиракьюс, а последнее представление Русского балета Дягилева в Соединенных Штатах состоялось в Харманус-Бликер-Холл в Олбани, штат Нью-Йорк, 24 февраля 1917 года. Программу составили «Клеопатра», «Зачарованная принцесса» и «Шехеразада»*[360].
Вацлав воссоединился с Ромолой: к ее облегчению, он снова стал носить свои кольца и шелковые сорочки и покончил с вегетарианством. Артисты труппы — за некоторым исключением (Больм остался в Америке навсегда) — на разных кораблях отплыли в Европу. По условиям освобождения из плена Нижинский мог танцевать только в нейтральной стране, а Соединенные Штаты Америки собирались вступить в войну. Русскому балету предстояло дать серию выступлений в Италии, которая была воюющей страной, поэтому он не мог танцевать там; но следующий ангажемент был в нейтральной Испании, где он и намеревался присоединиться к труппе.