Он подарил Ромоле множество драгоценностей и мехов. Из страха погибнуть в море от торпеды они оба составили завещания. Однажды вечером, ужиная в компании с Коттене, Вацлав положил под салфетку Ромолы чек на все деньги, заработанные им в Америке. Вскоре они отплыли в Кадис.

Основную часть труппы, прибывшую в Кадис в начале апреля, встретил Григорьев. Они отправились в Рим, где Дягилев и остальные танцоры ожидали начала репетиций к сезону, открывающемуся в театре «Костанци» 9 апреля. Дягилев, Мясин и их коллеги упорно работали всю зиму: началась новая эра Русского балета. Хотя в репертуаре еще сохранялись постановки Фокина и Нижинского, теперь все свои надежды Дягилев связывал с Мясиным — балетмейстером, которого, как писал Григорьев, «он считал способным стать воплощением всего современного в искусстве». В Риме Мясин работал над тремя балетами. Первый — «Женщины в хорошем настроении» — был поставлен по мотивам предложенной Дягилевым одноименной пьесы Гольдони. Дягилев также предложил использовать музыку Скарлатти, и из сотен сонат, которые они прослушали, в конце концов были отобраны двадцать три, их оркестровал Винсенто Томмазини. Бакст создал венецианские костюмы в стиле XVIII века и декорации в стиле Гварди. Еще одной идеей Дягилева была переделка недавнего одноактного балета «Кикимора» Мясина и Ларионова в большой сказочный балет на музыку Лядова. «Кикимору» дополнили фольклорными сюжетами «Царевна-лебедь» и «Баба-яга», а новый балет получил название «Русские сказки».

Студия на пьяцца Венеция, где Мясин работал с танцорами над этими балетами, постепенно превратилась в «салон», который посещали не только Бакст, Стравинский, Ларионов, Гончарова, но и художники нового поколения, включая Пикассо, оформлявшего мясинский «Парад». Здесь Пикассо познакомился со своей будущей женой Ольгой Хохловой.

Русский балет Дягилева дал четыре представления в театре «Костанци», где 12 апреля и состоялась премьера «Женщин в хорошем настроении» с участием Лопуховой, Мясина, Идзиковского, Чекетти, Чернышевой, Войциховского, Антоновой и Хохловой. Итальянская публика приняла этот балет с восторгом. В тот же вечер была исполнена ранняя симфоническая поэма Стравинского «Фейерверк» в оформлении футуриста Джакомо Балла со световыми эффектами, придуманными самим Дягилевым.

Из Рима Русский балет переехал в Неаполь, где также показал четыре представления в театре «Сан-Карло», затем на один вечер остановился во Флоренции, а далее направился в Париж, чтобы выступить в Шатле. Здесь «Русские сказки» с участием Чернышевой, Соколовой, Войциховского, Левинского, Идзиковского и Кремнева были впервые показаны 11 мая. В программу этого вечера также вошла «Жар-птица». Желая приветствовать недавнюю «либеральную» революцию в России, Дягилев изменил финал балета: вместо короны, скипетра и горностаевой мантии Ивану-царевичу вручались красная накидка, фригийский колпак и красный стяг. Зрители отреагировали на это новшество крайне холодно, и заключительная сцена была впоследствии восстановлена в первоначальном виде. 18 мая состоялась премьера «Парада».