Теперь вы видите, что говорить нам с вами не о чем. Полагаю, что настало время прекратить нашу переписку со всеми текущими и вытекающими отсюда последствиями.

С коммунистическим приветом

* * *

В годы вынужденно-добровольного затворничества Юру неожиданно пригласила знакомая школьная учительница провести несколько уроков по Достоевскому в обычной московской школе. Он с радостью согласился и… вел почти десять лет уроки по Достоевскому, а потом и по Пушкину на факультативной основе.

В школе он понял, что без «пушкинской прививки» подростку подходить к Достоевскому опасно. Вот почему начал он разговор со школьниками с пушкинского Лицея.

В 1973 году ребята на уроке спросили своего учителя: «Почему академики осудили Сахарова? А вы нам говорили, что Чехов вышел из Академии российской словесности, когда не утвердили избрание в Академию Горького?» Тогда и родилась у Карякина идея сделать телепередачу о пушкинском Лицее – со сквозной темой о достоинстве, дружбе и непредательстве.

У него уже был опыт работы с прекрасным режиссером учебного канала телевидения Андреем Торстенсеном (они сделали два телефильма – «Преступление и наказание» и «Моцарт и Сальери»).

Работали увлеченно. Согласились участвовать два Юриных друга – актеры Олег Ефремов и Валерий Золотухин. Начальство не разрешило дать в передаче о Лицее песню Булата Окуджавы «Союз друзей» («Поднявший меч на наш союз…»), а потом цензура запретила и прекрасную песню Юлия Кима «19 октября», специально написанную для этой передачи (музыка Владимира Дашкевича). И все-таки телеспектакль получился превосходный и шел на учебном канале семь лет. Пока не пришел очередной донос на Карякина и телевизионное начальство, боясь гнева заведующего Идеологическим отделом ЦК КПСС Ильичева, не распорядилось уничтожить пленки всех его передач.

В эти же «глухие» семидесятые Юрий Карякин сблизился с Юрием Любимовым, стал членом Художественного совета Театра на Таганке и написал инсценировку романа «Преступление и наказание». Премьера состоялась 12 февраля 1979 года. Спектакль шел много лет, а когда Любимов вынужденно оказался в эмиграции и его лишили советского гражданства, «Преступление и наказание» увидели во многих странах Европы и даже в Японии.

На Таганке Карякин сдружился с Владимиром Высоцким, который играл Свидригайлова (это оказалась его последняя роль в театре). Позднее Карякин признался, что Высоцкий стал для него «молодым учителем», открыл новую форму жизни – сделать невозможное, одолеть себя: «выйти из повиновения».

В середине 1970-х Карякин сделал инсценировку еще двух повестей Достоевского «Записки из подполья» и «Сон смешного человека» для театра «Современник». Спектакль «И пойду! И пойду!» в экспериментальной постановке Валерия Фокина довольно долго шел на Малой сцене театра, и сам Фокин годы спустя признался: «Это был лучший мой спектакль». А Константин Райкин, исполнявший роль Подпольного, возобновил его тридцать лет спустя как «Вечер с Достоевским» для своего юбилея в 2010 году в театре «Сатирикон».