Пожалуй, нет другого писателя, чье творчество было бы настолько автобиографично. Все, что написал Юкио Мисима, он написал о себе. Фильм «Мисима» — портрет писателя, и музыка была призвана внести в фильм некое дополнительное измерение. Изучая материалы о Мисиме, я выбрал метод полного погружения: прочел все его девять книг, которые вышли в английском переводе. Его проза произвела на меня огромное впечатление. Она была страстная; она была современная. В жизни он пришел к метафизическому опыту, который сыграл ключевую роль для мотивации его писательского труда. У всех писателей, которых я знаю, писательство — способ притереться к миру, сделать мир приемлемым местом для жизни. Но Мисима стал писателем, чтобы сделать мир понятнее для самого себя.

Этот принцип можно распространить на все поколение эпохи постмодерна, частью которого мы должны себя признать. Неподдельность и спонтанность наших интуитивных прозрений — вот «сертификат подлинности» нашего творчества. В этом смысле работа писателя придает миру смысл. Она не имеет политического статуса, и, осмелюсь утверждать, не имеет реального социального статуса. Это трансцендентная работа: она выходит за пределы зримого мира, прорывается в мир, где твое существование обретает смысл. Для постмодернистов писательство стало лекарством. На одной из футболок Аллена Гинзберга было написано: «Что ж, пока я здесь, я буду делать свою работу. Что за Работа? Смягчать боль от жизни. Все остальное — пьяная пантомима»[65]. В этом суть постмодернистского движения, и даже теперь, спустя почти двадцать лет после смерти Аллена, его стихи вызывают у нас самую непосредственную реакцию. Не нуждаются в объяснениях.

В середине 90-х я прослышал, что Марти Скорсезе снимает фильм «Кундун» о жизни Далай-ламы и сразу заинтересовался. Еще раньше, в 80-х, я слегка соприкасался с Марти через Телму Шунмейкер, которая работала у Скорсезе монтажером. Ее муж Майкл Пауэлл, режиссер «Красных башмачков», хотел сделать фильм по моей опере The Fall of the House of Usher («Падение дома Ашеров»), основанной на рассказе Эдгара По. К тому времени Майкл был уже весьма почтенного возраста, и продюсеры опасались, что он не успеет завершить фильм. Телма спросила у Марти, готов ли он стать запасным режиссером «Падения дома Ашеров», если что-нибудь стрясется. Мы встретились, поговорили, и он сказал, что готов взять на себя такое обязательство. Предполагалось, что с Майклом Пауэллом будет заключен контракт, а Марти станет запасным режиссером, чтобы некие люди из Финляндии, которые продюсировали фильм, получили гарантию завершения работы. Но прежде чем мы успели достичь окончательного соглашения с Марти, Майкл Пауэлл умер, и проект заглох, не начавшись. Тем не менее благодаря этому проекту я познакомился с Марти, а теперь решил позвонить ему: