За вкусным бисквитом с кремом мы говорим о нынешней реальности, прыгаем с темы на тему. Человек? Если сегодня человек имеет столь ничтожную ценность, то в первую очередь потому, что он забыл свою настоящую ценность, сам себя в области духа оценивает слишком дешево и что он потерял чувство своей уникальности, кем бы он ни был. Произошла внутренняя девальвация и умаление человека в человеке. Одно это могло привести к тому, что еще пятьдесят лет назад казалось невозможным.

Быстро обмениваясь мыслями, состоящими порой из полутонов, мы обрисовываем ситуацию, определяя положение, в котором оказались. Нас учили воспринимать все буквально, «толерантное» мышление не приветствовалось. Нас всех учили придавать значение словам, а не смыслу. Мы разучились искать смысл, запутывая словами следы разумных поисков. Весь девятнадцатый век не делал ничего другого, как только учил людей придавать смысл словам, высказанным великими умами с большим или меньшим чувством ответственности. Мы погрязли в неясной схоластике, которая привела, возможно, к величайшему парадоксу нашего времени: поколение, воспитанное в культе реальности, совершенно потеряло ощущение реальности. Современный человек — это в большинстве случаев барограф. Как барограф записывает изменения атмосферного давления, не зная и не понимая смысла явлений, показателем которых он является, так и человек фиксирует реальность, не отдавая себе отчета в том, что происходит. Фиксирует реальность в виде страха, страдания, безнадежности, временного расслабления, прилива надежды. Но кривая этих изменений — только результат, это не реальность, не ее суть и смысл.

Vous savez[765], Сент-Бёв^{83} сказал где-то: «Il faut subir son temps, pour agir sur lui». — Надо выдержать (как боль, как страдания) свою эпоху, чтобы на нее воздействовать. Но не во сне, не под наркозом. Есть операции, которые нельзя проводить под наркозом, пусть даже местным. Нашу эпоху нельзя оперировать, пользуясь анестезией оптимизма и идеализма — уникальностью. Потому что все больше вопрос касается не столько прав человека, сколько самого человека.

Мы одни. На стене тикают часы, слышно, как на кухне моют посуду. Есть разговоры, которые, несмотря на их мрачные выводы, воодушевляют. Были люди в прежние времена и будут в будущем, которым, возможно, удастся сохранить остатки того, что до недавнего времени, несомненно, было величайшим достижением человечества: свободу мысли и независимость ума.