«Сегодня 70 лет со дня рождения моего (нашего) ученика и друга Володи М. Через 2 дня в понедельник 22.VII исполнится 81 год мне, Папе Бурлюку. Толстой прожил 82 года. Гёте 83 и В. Гюго (Франция) 83. Наша скромная мечта с Мамой: Папе прожить до возраста И. Е. Репина и Claude Monet 86. Помоги Боже! Будь милостив славить правду, любовь, дружбу и красоту мира».

Вообще отношение Бурлюка к Толстому, которого в письме Никифорову он уже называл «Великим Писателем земли Русской», претерпело кардинальные изменения. Спустя 16 лет после выхода «Пощёчины общественному вкусу» издательство Марии Никифоровны Бурлюк издало одной книжечкой две поэмы Давида Бурлюка: «Толстой» и «Горький». Поэма о Толстом, озаглавленная «Великий кроткий большевик», была приурочена к столетию со дня рождения Льва Николаевича и написана 9 сентября 1928 года.

Но это ещё не всё. В 1925–1930 годах и затем в 1944 году Давид Давидович написал два варианта эпического полотна «Ленин и Толстой». Сюжет картины символичен — оба героя изображены на пашне, Ленин впрягся в плуг, Толстой идёт впереди. Картину «Ленин и Толстой» Бурлюк выставлял в «ACA Gallery» в 1943 году под названием «Непобедимая Россия» — как сам он писал, это был «ответ художника на то, что непримиримые враги, Советский Союз и США, должны объединиться единым фронтом против гитлеризма». Позже он долгое время безуспешно пытался переправить полотно в Советский Союз, затем, с помощью Никифорова, — в Китай. Но слишком политизированная картина не была интересна американской публике идеологически, а советской — эстетически.

Ленин и Толстой, титан будущего и титан прошлого, были, по выражению Бурлюка, двумя «иконами», олицетворяющими Россию для западного обывателя. Конечно же, Давид Давидович хотел как-то обозначить свою причастность к ним. Это сразу повышало его статус в глазах неискушённых американцев. И он, конечно же, писал и рассказывал, что видел Ленина в 1917 и 1918 годах. В первый раз это якобы случилось во дворце Кшесинской, где только что вернувшийся из-за границы Ленин должен был выступить с лекцией. В последний момент лекцию отменили, и охранявшие вождя революции солдаты так и не впустили Бурлюка к нему, сказав, что Ленин сорвал голос после выступления с броневика на Балтийском вокзале. Это было первой версией, которая позже была заменена — согласно новой, Бурлюк всё же имел тогда счастье лицезреть Ильича. А второй раз он якобы видел его в Москве в апреле 1918 года. Что касается Толстого, то с возрастом Давид Давидович «вспомнил» и о встрече с ним. В конце концов, кто там проверит?