Всю осень Оппенгеймер сновал между Лос-Аламосом и Вашингтоном, пытаясь воспользоваться своей внезапной известностью, чтобы повлиять на высокопоставленных чиновников. Он, по сути, выступал от имени всех гражданских научных работников Лос-Аламоса. 30 августа 1945 года 500 коллег Роберта собрались в лекционном зале и постановили создать новую организацию — Ассоциацию ученых Лос-Аламоса (ALAS). В считаные дни Ханс Бете, Эдвард Теллер, Фрэнк Оппенгеймер, Роберт Кристи и другие составили категорическую декларацию об угрозе гонки вооружений, невозможности защититься от атомной бомбардировки в будущих войнах и необходимости международного контроля. Оппенгеймера попросили доставить «документ», как назвали декларацию, в военное министерство. Никто не сомневался, что ее вскоре опубликуют в прессе.

Девятого сентября Оппенгеймер направил донесение заместителю Стимсона Джорджу Харрисону. В сопроводительном письме говорилось, что «документ» был распространен среди 300 ученых и лишь трое из них отказались его подписать. Оппи подтвердил, что, несмотря на то что он не участвовал в составлении декларации, последняя выражает и его личное мнение, и что он надеется на одобрение военным министерством ее публикации. Харрисон вскоре позвонил Оппи и передал просьбу Стимсона отправить им побольше экземпляров «документа» для распространения в государственных органах. Харрисон также добавил, что военное министерство — по крайней мере, пока что — не разрешает его публикацию.

Недовольные проволочкой, ученые — члены ALAS начали требовать от Оппенгеймера каких-нибудь действий. Признавая, что и сам расстроен, Оппи доказывал, что у администрации, видимо, есть на то весомые причины, и призывал друзей потерпеть. 18 сентября он вылетел в Вашингтон и позвонил оттуда, объявив, что «обстановка выглядит довольно хорошо». «Документ» распространили среди членов администрации Трумэна, и Оппи надеялся, что они правильно на него отреагируют. Против ожиданий администрация в конце месяца присвоила декларации ученых гриф «секретно». Услышав, что их доверенный эмиссар изменил свою позицию и поддержал решение на запрет публикации, члены ALAS не поверили своим ушам. Некоторым из них казалось, что чем больше Оппи проводил времени в вашингтонских коридорах, тем безропотнее становился.

Оппенгеймер убеждал их, что изменил свое отношение по серьезной причине: администрация Трумэна готовилась представить законопроект об атомной энергии. Ученым Лос-Аламоса было велено передать, что, хотя общественные дебаты, предложенные в «известной записке», крайне желательны, их необходимо отложить в знак уважения к президенту до того времени, когда Трумэн выступит в конгрессе со своим собственным заявлением об атомной энергии. В Лос-Аламосе просьба Оппенгеймера вызвала жаркие споры, однако руководитель ALAS Уильям Хигинботэм заявил, что «запрет на публикацию документа — вопрос политической целесообразности, мотивы которой мы не в состоянии узнать или оценить». У ALAS, однако, имелся «представитель, который в курсе происходящего и лично знаком с людьми, к нему причастными, — Оппи». Собрание единодушно приняло предложение «поручить Уилли передать Оппи, что мы все твердо с ним заодно».