При этом Лилиенталь понимал, какой эффект показания свидетелей окажут на умы менее доброжелательных людей. Уильям Борден составил служебную записку, в которой заявил, что считает утверждения Краучей «безусловно достоверными». Пола и Сильвию Крауч накануне выступления перед комиссией в мае 1950 года несколько недель тщательно допрашивали в ФБР. Они успели стать платными осведомителями на службе у министерства юстиции и регулярно свидетельствовали против мнимых коммунистов на судебных процессах по всей стране.

Пол Крауч, сын баптистского священника из Северной Каролины, вступил в Коммунистическую партию в 1925 году. В том же году, будучи призванным на службу в армию, он написал руководству КП хвастливое письмо, утверждая, что «основал как прикрытие для революционной деятельности ассоциацию по изучению эсперанто». Армейское руководство перехватило письмо и сделало вывод, что Крауч организовал коммунистическую ячейку на военной базе им. Скофилда на Гавайских островах. Военный трибунал предъявил Краучу обвинение в «побуждении к революции» и вынес чрезвычайно суровый приговор — сорок лет тюремного заключения. На суде Крауч показал: «У меня есть привычка писать письма друзьям и воображаемым лицам, иногда королям и другим иностранным деятелям, в которых я делаю вид, будто занимаю высокое положение».

Отбыв в Алькатрасе всего три из сорока положенных лет, Крауч неожиданно был помилован президентом Калвином Кулиджем. Случилось ли это, потому что Крауч стал двойным агентом, на что намекает его дальнейшее поведение, или ему просто невероятно повезло, сказать трудно. Как бы то ни было, после его освобождения из заключения Коммунистическая партия объявила его «пролетарским героем». Некоторое время Крауч был соратником Уиттекера Чемберса и работал помощником редактора газеты «Дейли уоркер». В 1928 году партия отправила его на учебу в Москву, где, как утверждал Крауч, он преподавал в школе им. Ленина и получил почетное звание полковника Красной армии. Он также заявил, что встречался с советским маршалом М. Н. Тухачевским, который якобы передал ему планы «инфильтрации в американские вооруженные силы». В реальности советские хозяева сочли поведение Крауча настолько неуравновешенным, что досрочно отправили его восвояси. В Америке Компартия тем не менее отрядила его читать цикл лекций в южных штатах, откуда он был родом, где Крауч пел дифирамбы социалистическому государству и товарищу Сталину. Осев во Флориде, он нашел работу газетного репортера и партийного организатора.

По неизвестной причине Крауч однажды проник сквозь ряды пикетчиков вокруг редакции газеты в Майами и стал штрейкбрехером. Когда его поступок обнаружили товарищи по партии, Крауч бежал в Калифорнию, где к 1941 году дослужился до секретаря парторганизации округа Аламида. Крауч показал себя ненадежным товарищем и некомпетентным руководителем. «Он кучу времени в одиночку сидел и пил в барах», — писал Стив Нельсон. В декабре 1941 года или самое позднее в январе 1942 года, когда Крауч предложил порядок действий на уличных митингах, способный привести к вспышкам насилия, члены партии потребовали его смещения. Переквалифицировался ли Крауч из двойных агентов в провокаторы? Не исключено, однако в любом случае партийной карьере настал конец, и в конце 1940-х годов Крауч с женой совершили пируэт, всплыв в роли ключевых свидетелей по делам бывших соратников по партии. К 1950 году Крауч стал самым высокооплачиваемым «консультантом» министерства юстиции и заработал за следующие два года 9 675 долларов.