Я заметила, что сапоги у него совсем рваные, и дала 250 рублей. Вскоре пришел Андриенко, прямо из команды, где все приготовил к отъезду. Он тоже утверждал, что ехать необходимо не откладывая. Мы так и решили. На этот раз собралось 35 офицеров.

К вечеру, разослав пособие и забрав оправдательные расписки, сделали мы все как всегда – лишь с той разницей, что доехали до Дона в двое суток. Эта поездка оказалась наиболее удачной. Устроилось так, что вагон прицепили к какому-то быстрому поезду особого назначения, на Лиски.

15 декабря ночью, по приезде в Новочеркасск, выспались в гостинице, где у нас были постоянные номера. Утром на Барочной офицеры обрадовались, что я привезла патронов для револьверов, – на Дону их не было вовсе…

В тот же день мы выехали обратно.

* * *

Подробно описывать не буду последней моей поездки на Дон. В дороге ничего нового не случилось. Я попала с партией офицеров в Новочеркасск 23 декабря… Но тут я застала огромные перемены. Генерал Эрдели покинул свою должность, а на его месте оказался генерал Романовский. Полковник Дорофеев уехал в Крым, будто бы для организации там отделов армии. Георгиевский полк собирался в Ростов. На Барочной появилось много новых лиц, старавшихся устроиться в тылу, что вызывало большое неудовольствие старых добровольцев. Между тем в Новочеркасск прибыли Лукомский и Деникин.

Передав списки полковнику Васильеву и капитану Остафьеву и попросив их сообщить офицерам, что все их просьбы исполнены, я ушла к себе в гостиницу. Через час пришел ко мне генерал Эрдели.

– Что же, Марья Антоновна, были на Барочной?

– Да, была. Но так пугает меня то, что я там видела и слышала… Нет больше одной семьи на Барочной…

Мы обедали с генералом и Андриенко в моем номере. Не успели еще кончить, как пришел за мной кто-то из офицеров и сказал, что ждут меня офицеры на Барочной. Не доев обеда, я ушла с Андриенко; генерал Эрдели обещал зайти еще раз вечером.

На Барочной ждала меня целая толпа офицеров; я не могла понять, что случилось… Полковник Козин обратился ко мне с речью:

– Мы собрались, чтобы вас поблагодарить, сестра Нестерович, за все сделанное для нас и наших семей. Те, кто останутся живы, никогда не забудут. Вчера состоялось собрание, на котором избраны делегаты. Их ждет генерал Алексеев. Он просил и вас прийти с ними.

Я хотела было уклониться от этого визита, но делегация убедила меня: просьба генерала Алексеева должна быть исполнена. Мы отправились – капитан Остафьев, поручик Кноринг и я.

Генерал Алексеев принял нас в своем маленьком рабочем кабинете. Беседы нашей передавать не буду, все время говорили обо мне и о моей работе. В заключение кто-то обратился к генералу Алексееву: