Когда Фрейд писал Джонсу, он, очевидно, уже проанализировал произошедший инцидент, объяснив его своим отношением к Флиссу и «некоторой долей неконтролируемого гомосексуального влечения, лежащей в основе этого случая». Фрейд отмечал также, что посетил Флисса в Мюнхене во время его болезни (в 1894 г.; см. главу 2)[220] и потому этот город приобрел для него особое значение[221].

Один отрывок, практически дословно повторявшийся в письмах к Джонсу и Бинсвангеру, продолжает вызывать затруднения: Фрейд утверждал, что сходные симптомы он уже испытывал в том же месте шесть и четыре года назад. Видимо, Фрейд также упал в обморок во время посещения Флисса в Мюнхене, что произошло в 1894 г. (шестнадцатью годами ранее). У нас отсутствуют данные, согласно которым мы бы могли подтвердить факт посещения Фрейдом Мюнхена в 1904-м и 1906 гг. Имеющиеся в нашем распоряжении исчерпывающие сведения о его ежегодных путешествиях вынуждают нас признать, что таких поездок не было. Я лично не видел подлинники этих его писем, но вряд ли Джонс и Бинсвангер, знакомые с почерком Фрейда, могли оба одинаково неправильно прочитать данный отрывок. Поэтому, скорее всего, дважды ошибся сам Фрейд.

Письмо, которое Фрейд написал Ференци на следующий день, из всех трех является наиболее интересным. Следует ли полагать, что всего за одни сутки самоанализ Фрейда смог добраться до самых глубоких слоев? Или, может быть, по причине особенно доверительного отношения к Ференци Фрейд оказался готов сообщить тому больше, чем другим?

В письме Фрейда к Бинсвангеру уже чувствуется определенная эмоциональная «дистанция», отдалившая его от травмирующих переживаний. Здесь он называет произошедшее «обморочным приступом» и рассматривает как соматические, так и психические его причины. На трактовку Джонсом этих приступов, которая до некоторой степени совпадает с позицией Ференци, повлияли его собственные наблюдения, беседы с Фрейдом и письма, написанные ему и Ференци.

Из этих различных источников информации можно выделить некоторые общие моменты: обмороки 1909-го и 1912 гг. происходили в присутствии Юнга. Каждый из них произошел после того, как Фрейд выпил немного вина. И в том и в другом случае обсуждались проблемы, имеющие отношение к смерти и желанию смерти: в 1909 г. – в связи с раскопками останков доисторических людей, в 1912 г. – в связи с очерком Абрахама о египетском фараоне Аменхотепе[222]. Джонс подчеркивал, что и в том и в другом случае перед обмороками Фрейд «одерживал маленькие победы» над Юнгом. В 1909 г. Фрейд и Ференци «соблазнили» Юнга изменить твердой приверженности к трезвому образу жизни, что впоследствии испортило отношения Юнга с Блейлером, для которого любое потребление алкоголя по-прежнему оставалось под запретом. В 1912 г. Фрейд заставил Юнга пересмотреть взгляды на свой кройцлингенский визит к Бинсвангеру, что тому и пришлось сделать, по крайней мере временно.