Вражеская блокада тяжело сказывалась на жизни и здоровье детей. К январю 1942 г. в классах младших школьников осталось 36 тыс. учеников. В феврале – марте их число резко сократилось[1017]. В конце декабря 1941 г. и начале января 1942 г. большинство школ были вынуждены прекратить занятия. Однако в 39 школах, несмотря ни на какие трудности, занятия не прерывались даже в самые морозные месяцы. Партийные и советские органы оказывали школам максимально возможную в тех условиях помощь. При крайне ограниченных продовольственных условиях каждый из учителей и учеников, не прекращавших занятия, получал в школе тарелку супа без вырезки талонов из продовольственных карточек, что в тех условиях было немалым подспорьем[1018].

В мае 1942 г. в городе возобновились занятия в 137 школах. К учебе приступили 63 712 школьников. Чтобы поддержать ослабевших детей, в школах было организовано трехразовое горячее питание. С 20 по 30 июня 1942 г. в 39 ленинградских школах, в которых занятия не прекращались в течение всего учебного года, прошли экзамены. Из 532 учеников, окончивших 10-й класс, 70 % получили отличные и хорошие оценки. Для выпускников школ 30 июня был устроен общегородской праздник во Дворце пионеров, и каждый из них получил в подарок книгу с надписью: «Окончившему полный курс… школы в Ленинграде в 1941/42 году в годы Отечественной войны и блокады»[1019].

Первого сентября 1942 г. начался новый учебный год в 1–4-х классах 73 ленинградских школ, в которых стали обучаться 11,3 тыс. школьников. Все учащиеся были обеспечены учебниками, тетрадями и трехразовым питанием, из них 1300 человек бесплатным.

Важно было создать такие условия школьникам, которые способствовали бы проведению каникул с оздоровительным наполнением. Такие возможности предоставлялись. Близлежащие совхозы и подсобные хозяйства нуждались в помощниках.

Вспоминает М. П. Ивашкевич: «Двадцать учащихся 47-й школы окончили 10-й класс, остальные перешли в 8, 9 и 10-й, большинство с отличными и хорошими оценками. Неуспевающих не было. Но ребята побледнели, исхудали, некоторые буквально ссохлись, а у других были голодные отеки. Дистрофия в той или иной степени коснулась почти всех. У многих кровоточили десны, шатались зубы – явные признаки цинги. Не лучше выглядели и преподаватели. У них, кроме дистрофии и цинги, обострились болезни возраста: ревматизм, радикулит, сердечные заболевания. Перед учащимися и педагогами Ленинграда была поставлена новая, ответственная задача: помочь совхозам и подсобным хозяйствам в проведении сельскохозяйственных работ.