– Но вы же, говоря строго, не священник, – проворчал я.

– Я два года учился в семинарии. Но да, я бросил.

– И однако ходите в сутане. Это же вроде кощунство?

Он лишь скупо улыбнулся и медленно потер ладони.

– Почему вы бросили? – спросила Нора.

– Выяснилось, что католическая церковь не для меня.

– Странно, – сказал я, – а по моим наблюдениям, подонки цветут и пахнут в лучших епархиях.

Виллард не ответил. Пластмассовая коняга в руке Сэм танцевала по столешнице.

– И как же вы «взаимовыгодно сотрудничали»? – спросил Хоппер.

– Они хотели попасть в поместье, – ответил Виллард. – Очень просто. Я прорежу дыру в южной ограде – а они на каноэ доплывут по ручью до озера. И они попросили открыть тоннели.

– Тоннели? – переспросил я.

– Под всем поместьем – лабиринт подземных переходов. С самой постройки особняка, для слуг – чтоб им не выходить под дождь и снег. Станислас, когда купил поместье, о тоннелях не знал. Британцы, бывшие владельцы «Гребня», их запечатали, риелтор о них понятия не имел. А этот бородач попросил меня их вскрыть. Несложная работа, я справился всего за несколько ночей. Их забаррикадировали тяп-ляп, забили досками, на кирпичах задом наперед нацарапаны фрагменты стихов, какие-то обрывки, словно там работал полный безумец. И еще меня попросили открывать парадные ворота. По средам в полночь я шел по тоннелю к сторожке – это мили две – и открывал ворота. А потом возвращался в постель. Паутина тоннелей огромна. Есть центр, откуда разные тоннели ведут в разные тайные уголки поместья. Я не знал, что там. Ходил только до ворот. Больше никуда сунуться не смел. И на этом всё. Конечно, я предавал Кордову. Но, честно говоря, не видел в том вреда. Поместье гигантское. Почему нельзя этих бедных горожан, у которых ничегошеньки нет, пускать на языческие ритуалы, если им в радость?

– А в ритуалах вы участвовали? – спросил Хоппер.

Виллард как будто оскорбился:

– Еще не хватало.

– Зато участвовал Кордова, – подсказал я.

Виллард на миг прикрыл глаза, словно от боли.

– Однажды ночью он эти тоннели обнаружил. Какая-то женщина бежала по тоннелю на поляну. Станислас пошел следом, имея в виду всех выгнать. Но как-то вляпался сам. – Виллард дернул губами. – На каждого найдется наживка, пред которой не устоять.

– А что были за ритуалы? – спросил я.