– А кто здесь язычник? – спросила мать, внимание которой было сосредоточено на дороге.

– Я. Я магометанин.

– Тем более тебе необходимо ходить в христианскую церковь и принять крещение. Открой ворота, Пэт.

– Я не хочу принимать крещение. Мне и так хорошо.

Он подержал ворота, пока они проехали, и потом снова закрыл их.

– Я не признаю Библию, – объявил он, залезая обратно в машину.

– Тогда ты не можешь быть настоящим магометанином.

– С чего это?

– У них тоже есть своя Библия.

– Спорю, у них нет Давида!

– Тебе не нравится Давид?

– Несчастный размазня, плясал и пел, как девчонка! В Ветхом Завете нет ни одной души, с кем бы я пошел на овечий рынок!

Пэт сидел на середине заднего сиденья выпрямившись, слишком переполненный мятежным духом, чтобы быть в состоянии расслабиться, с отсутствующим видом широко открытыми глазами уставившись вперед, на дорогу, весь во власти еще не прошедшего гнева. А ведь он мог бы забиться в угол и всхлипывать, подумалось Гранту. Он был рад, что его маленький кузен являл собой мощное бушующее пламя негодования, а не был свернувшимся в клубок комочком, исполненным жалости к самому себе.

Оскорбленный язычник вылез у церкви, по-прежнему прямой и несгибаемый, и, не оглянувшись, направился к группе детей, собравшихся у боковой двери.

– Теперь, когда он там, он будет вести себя как следует? – спросил Грант, когда Лора снова тронулась с места.

– О да. Знаешь, в действительности ему там нравится. И конечно, там Дуглас – его Ионатан. День, когда Пэт хоть словом не перемолвится с Дугги, – потерянный день. Он вовсе не надеялся, что я разрешу ему ехать вместо школы в Скоон. Это просто была попытка.

– Весьма эффектная попытка.

– Да. В Пэте есть много актерского.

Мысли о Пэте вертелись в голове Гранта еще целых две мили. А потом внезапно оставленное ими свободное место заполнило осознание того, что он в машине. Что он заперт в машине. И в одно мгновение он перестал быть взрослым человеком, терпеливо и с улыбкой наблюдающим неразумные выходки ребенка, и превратился в ребенка, который, захлебываясь от ужаса, видит, как на него надвигаются злые великаны.

Грант полностью опустил стекло со своей стороны.