Включая Алана Гранта.

Качаясь под принесенным юго-западным ветром градом, который немилосердно колол и хлестал, он добрался домой и рухнул в постель, пьяный от проделанных экзерсисов и свежего воздуха. Это был восхитительный день.

Это был и очень полезный день. Ему будет что рассказать Теду Ханне, когда он вернется в Лондон. Теперь он знал, кто являются хозяевами Арчи Брауна.

Этим вечером он не смотрел с опаской на закрытое окно, притом он отнюдь не забыл о нем. Он смотрел на закрытое окно и радовался. Он принял точку зрения островитян, что окно существует для защиты от непогоды.

Зарывшись в свое гнездо из ватных одеял, оставив ветер и бурю снаружи, Грант погрузился в глубокий сон без сновидений.

Глава восьмая

Глава восьмая

На следующее утро на прогудевшем «пароходе» Крошка Арчи отчалил нести свет в другие глухие места архипелага. Как стало известно, он останавливался у преподобного мистера Мак-Кея, и Грант подумал: интересно, что сказал бы этот безупречный пастырь своему горношотландскому войску, если бы знал, кого он приютил под своей крышей? А может, преподобный мистер Мак-Кей был болен той же болезнью, что и Арчи Браун?

В общем, Гранту казалось, что нет.

Мистер Мак-Кей пользовался таким влиянием, какого только может жаждать смертный; свое тщеславие он удовлетворял каждое воскресенье по утрам; он повидал свет, видел жизнь и смерть, наблюдал, как людские души воспринимают и ту и другую, и, похоже, не гнался особо за славой. Просто он оказал гостеприимство шотландской знаменитости. Потому что в такой маленькой стране, как Шотландия, Арчи был знаменитостью, и мистер Мак-Кей, несомненно, был рад принять его.

Таким образом, остров остался целиком в распоряжении Гранта, и в течение пяти дней, сопровождаемый ревом ветра, он бродил по своему пустому королевству. Это было скорее похоже на прогулку с плохо воспитанной собакой, которая бежит за вами по пятам, в экстазе бросается на вас, почти сбивая при этом с ног, а потом тащит в направлении, прямо противоположном тому, куда вы намеревались идти. Вечера он проводил, вытянув ноги у горящего камина в кабинете мистера Тодда, слушая его рассказы о том, как он был владельцем паба в Нижней Шотландии. Ел Грант очень много. Он заметно набирал вес. Засыпал он, как только его голова касалась подушки, и не просыпался до самого утра. А в конце пятого дня он почувствовал, что скорее готов вынести сотню воздушных путешествий, чем провести еще двенадцать часов в этом месте.

Итак, на шестое утро, стоя на широкой площадке белого песка, Грант ждал маленький самолет, который на обратном пути из Сторнвэя должен был забрать его. И легкое опасение, таившееся где-то в глубине его сознания, ничуть не походило на мрачные предчувствия, которые, как он боялся, могут охватить его в эти последние минуты. Рядом находился мистер Тодд, а у их ног на песке лежал маленький чемоданчик Гранта. На траве, там, где кончалась дорога, стояла машина, принадлежащая отелю Кладда, единственная машина на острове и единственная в своем роде во всем мире. Так они стояли, четыре темных предмета на сверкающей голой плоскости, и наблюдали за маленьким, похожим на птицу силуэтом в небе, спускающимся к ним.