– Там была битва? – спросил мистер Каллен.

– Нет, – ответил Грант. – Шотландия с благодарностью вошла в связку с Англией и извлекла из этого массу выгод: колонии, Шекспир, мыло, платежеспособность и так далее.

– Надеюсь, мистер Браун не отправится в турне с лекциями по Штатам, – произнесла Зои полусонно.

– Отправится, – сказал Грант. – Отправится. Все горластые меньшинства отправляются в турне с лекциями по Штатам.

– Это может создать у них ложное представление, правда? – сказала Зои мягко. Грант представил себе, какой взрывной фразой выразила бы ту же мысль Лора. – У американцев есть очень странные идеи. Когда Дэвид и я были там за год до того, как его убили, нас все время спрашивали, почему мы не прекращаем брать налоги с Канады. Когда мы говорили, что никогда не брали налоги с Канады, они на нас смотрели так, как будто мы лжем. Не очень красиво лжем к тому же.

По выражению лица мистера Каллена Грант заключил, что у него тоже имеются «странные» идеи о налогообложении Канады, но у Зои глаза были закрыты. Грант подумал: а понимает ли мистер Каллен, что Зои и не подозревает о том, что он американец, что ей в голову не пришло задуматься над его акцентом, над его национальностью, одеждой и вообще какими-то его особенностями? Она приняла его таким, каким увидела, просто человеком. Он был летчик, как ее брат, он оказался здесь ко времени, чтобы принять участие в их пикнике, с ним было приятно и интересно поговорить. У нее не мелькнула мысль изучить его, отнести к какой-нибудь определенной категории. Если и заметила она его «узкие» гласные, то, без сомнения, решила, что он северянин.

Грант смотрел на дремавшую на солнце Зои и подумал о том, как она красива. Он перевел глаза на мистера Каллена и увидел, что тот тоже смотрит на Зои Кенталлен и думает о том, как она красива. Их взгляды встретились, но они тут же отвели их друг от друга.

И все-таки Грант, который прошлым вечером не мог представить себе большего блаженства, чем сидеть и смотреть на Зои Кенталлен, сейчас ощущал некоторое нетерпение, как будто она чем-то мешала, и это так потрясло его, что по своей привычке к самоанализу он вычленил это чувство, дабы разобраться. Какой изъян мог таиться в этом божестве? Что могло быть несовершенно в этой принцессе из сказки?

«Ты прекрасно знаешь, в чем дело, – весьма непочтительно произнес внутренний голос Гранта. – Ты хочешь, чтобы она убралась к черту отсюда, тогда ты мог бы выяснить про Б-Семь».

На этот раз он не стал спорить с голосом. Он действительно самым грубым образом желал, чтобы Зои «убралась отсюда к черту». Зои, присутствие которой сделало вчерашний день волшебным, стала помехой. Крошечные уколы скуки пробежали вверх и вниз по позвоночнику Гранта. «Милая, простая, божественная Зои, уходи. Восхитительное создание, принцесса моих грез, уходи».