– По вашим словам, похоже на тюрьму. Почему же она там живет?

– Тюрьма! Ни один тюремный комитет не признал бы пригодным этот дом; пошли бы запросы в палату о нехватке там света, отопления, санитарных удобств, красок, о том, что помещения уродливы, малы и прочее. А она живет там потому, что любит этот дом. Только, боюсь, она не сможет там долго жить. Налог на наследство настолько велик, что ей придется его продать.

– А кто-нибудь его купит?

– Только не для того, чтобы там жить. Какой-нибудь делец купит, вырубит лес. Свинец с крыши пойдет на что-нибудь: все равно крышу придется снимать, чтобы не платить налог за дом.

– Ха! Мусорщики! – заметил мистер Каллен. – Кстати, там нет рва?

– Нет. А что?

– Мне очень нужно увидеть ров, прежде чем я вернусь в ВОКАЛ. – И после паузы: – Я правда очень беспокоюсь за Билла, мистер Грант.

– Да, все это очень странно.

– Это было очень мило с вашей стороны, – неожиданно сказал мистер Каллен.

– Что?

– Не сказать: «Не беспокойтесь, он обязательно появится!» Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не стукнуть тех, кто говорит: «Не беспокойтесь, он появится». Я мог бы удавить их.

Отель в Моймуре представлял собой уменьшенный вариант Кенталлена, только без башен. Но дом был побелен и имел веселый вид. В маленьком холле с выстланным плитками полом мистер Каллен приостановился, заколебавшись:

– Я заметил, в Англии не приглашают гостей к себе в номер. Может быть, вы хотите подождать в гостиной?

– О нет, я поднимусь. Не думаю, чтобы у нас существовали какие-то предубеждения против номеров в отелях. Наверное, просто гостиные в них находятся так близко от номеров, что нет смысла идти туда, поэтому мы и не предлагаем это делать. Если же гостиная расположена на расстоянии дня пути от вашего номера, наверное, проще пригласить гостя к себе. Так, по крайней мере, оказываешься с ним в одном полушарии.

Комната мистера Каллена была расположена по фасаду, из окна видны были поля по другую сторону улицы, а вдали река и холмы. Наметанный глаз Гранта заметил приготовленные поленья в камине и желтые нарциссы на окне: Моймур придерживался определенных стандартов. Гранта по-человечески стало интересовать все, что касалось этого Теда Каллена, который прервал свой отпуск и приехал в пустоши Каледонии искать друга, так много значившего для него. С каждым шагом по пути в Моймур в Гранте росло предчувствие, от которого он не мог отделаться, и теперь оно переполняло его так, что его почти начало тошнить.

Молодой человек достал из дорожной сумки папку для бумаг и вытряс ее содержимое на туалетный столик. Там было все, что угодно, кроме принадлежностей для письма. Среди кучи бумаг, карт, туристических буклетов и прочего были два кожаных предмета: записная книжка и бумажник. Мистер Каллен вынул из бумажника пачку фотографий, стал перебирать их и наконец среди улыбающихся женских лиц нашел то, что искал.