– Значит, мы выясним, когда и где он виделся с Ллойдом, и берем с этого места его след.

– Да. Кроме того, мы узнаем, приходил ли Билл к Ллойду как Шарль Мартин или под собственным именем.

– Зачем ему идти как Шарль Мартин?

– Кто знает? Вы же говорили, что Билл был немного замкнутым. Может, ему не хотелось оглашать свою связь с ВОКАЛ. Ваша компания очень строга относительно трасс и расписания? Может быть, этим все и объясняется.

Каллен немного посидел молча, обратным концом удочки что-то рисуя на земле. Потом он спросил:

– Мистер Грант, не подумайте, что я делаю из всего драму, или… или что я слишком чувствителен, или что я дурак, но, по-честному, вам не кажется, что Билла могли прикончить?

– Конечно могли. Убийства, увы, случаются. Даже очень ловкие убийства. Но вероятность этого очень мала.

– Почему?

– Ну, прежде всего это дело прошло полицейское расследование. Несмотря на то что в детективных романах пишут прямо противоположное, департамент по расследованию уголовных преступлений в действительности высококомпетентная организация, очень эффективно работающая. Пожалуй, наиболее эффективно, если вы разрешите мне немного предвзятое мнение, из всех, какие существуют сегодня у нас в стране или существовали когда-либо в любой другой.

– Но полиция уже однажды ошиблась.

– Вы имеете в виду – при установлении личности. Да, но вряд ли их можно за это упрекать.

– Вы хотите сказать, что декорация была выполнена отлично. Ну а разве другая декорация не может быть такой же безукоризненной, как с Шарлем Мартином?

– Конечно может. Умно организованные убийства случаются, как я уже говорил. Только все-таки гораздо легче подделать документы, чем унести ноги после того, как совершил убийство. И как, по-вашему, оно было осуществлено? Кто-то вошел и саданул его, когда поезд отошел от Юстона, а потом устроил все так, чтобы это было похоже на падение?

– Да.

– Но никто не заходил к пассажиру в Б-Семь после того, как поезд отошел от Юстона. Б-Восемь слышала, что вскоре после того, как проводник совершил обход, пассажир вернулся в купе и закрыл за собой дверь. Позже она не слышала, чтобы там кто-нибудь разговаривал.

– Не обязательно разговаривать, чтобы садануть человека по затылку.

– Да, но нужно, чтобы представился удобный случай для этого. Вероятность того, что кто-то открывает дверь в купе и обнаруживает пассажира в позе, удобной для того, чтобы нанести удар, астрономически мала. В купе спального вагона трудно размахнуться, даже если выбрать удачно момент. Тот, у кого есть намерение убить, должен войти в купе, из коридора это сделать невозможно. Это невозможно сделать и если жертва в постели. И это невозможно сделать, если лицо жертвы обращено к убийце, а Билл сразу повернулся бы посмотреть, кто там, как только почувствовал бы, что в купе посторонний. Следовательно, это можно было сделать, только предварительно побеседовав. А Б-Восемь утверждает, что не слышала, чтобы кто-нибудь входил и разговаривал. Б-Восемь – женщина того типа, которые «не могут спать в поезде». Они заранее убеждают себя в этом, и любой малейший звук, скрип или шорох приветствуется как символ их мучений. Обычно к половине третьего утра они засыпают, но Билл Кенрик был мертв задолго до этого часа.