– А ты можешь?

– Могу научиться, – сказал Нейтан. – Вряд ли это так сложно.

Миллер улыбнулся, поблагодарил Нейтана за предложение и посмотрел на Мэри, которая опять положила мужу руку на плечо.

– Что такое?

Говард кивнул в сторону бара и заговорил, понизив голос:

– Вон тот тип явно что-то задумал. Думаю, он тебя фотографирует – или снимает на видео.

– Он просто разговаривает по телефону, – возразила Мэри.

– Вот именно в этом он и хочет нас убедить. – Говард отодвинул свой стул. – Очень подозрительный тип.

– Говард, не дури! – Мэри умоляюще посмотрела на Миллера. – Деклан, скажи ему, чтобы не дурил!

– И когда это он меня слушал? – удивился Миллер.

Говард поднялся на ноги и решительно направился к бару.

– Если он и правда меня фоткает, – крикнул Миллер ему вслед, – то передай, что за снимок топлесс я беру двадцать фунтов. И двадцать пять – за снимок ню в полный рост.

– Рут была права, – сказала Алекс. – Насчет того, что ты не должен отдавать фотографии.

Миллер чистил зубы. В зеркале он увидел, что Алекс сидит на краю ванны и наблюдает за ним. Он хмыкнул, размазывая пасту.

– Миллер, ты на меня злишься?

– Нет – потому что это глупо. – Он вытер мятную дорожку, стекавшую по груди.

– Это хорошо. В любом случае – это же одна из стадий?

– Да фигня все это. – Миллер отложил щетку и выплюнул пасту. – Я про это читал и, похоже, эти пять так называемых стадий принятия изначально описывают состояние умирающего, а не скорбящего. Ну то есть… отрицание? Вряд ли я мог бы отрицать, что ты мертва. Я видел тебя на столе у Приши Ачарьи. Торг? С кем именно? А гнев у меня был гораздо раньше.

– Не совсем, – сказала Алекс. – Ты никогда не был склонен к гневу. У тебя вряд ли вызовет гнев, например, то, что сосед выбрасывает мусор не в тот контейнер.

– Кстати, он, засранец, до сих пор это делает, – вставил Миллер.

– Ты просто вредный, вот и все, – усмехнулась Алекс. – Вредный и противный.

– Кто этот человек на фотографиях, Алекс? – Миллер подождал ответа.

Алекс опустила голову.

– Глупый вопрос, да?

Она помолчала пару мгновений, затем снова подняла глаза.

– Перестань зацикливаться на этих фотографиях. И хватит беспокоиться о том, что тебя отстранили от расследования убийства Шахматиста.

– Это ты про то самое убийство, которое, скорее всего, связано и с твоим убийством? Вот это самое? Как-то все стало слишком… убийственно, вот я и хочу внести ясность.

Алекс вздохнула и покачала головой.

– Да, я про то самое убийство.

– Ладно… спасибо. Я учту.

– Я серьезно. Почему бы тебе не заняться своей работой и не сосредоточиться на убийствах в том отеле? На деле, которое ты действительно можешь раскрыть.

– Ты правда думаешь, что могу?

– Ну, если кто и может, так это человек, за которого я вышла замуж. В детективной работе он был почти так же хорош, как в танцах – а в танцах он был чертовски крут. – Алекс встала и, улыбнувшись, подошла к Миллеру вплотную. Затем наклонилась к нему и прошептала: – Так что, да… Плясун-полицейский, я уверена, может раскрыть это дело. А вот насчет вдовца, который ноет без конца, я сомневаюсь.

Миллер подставил ладони под струю холодной воды.

– Классная мотивационная речь, – сказал он.

Он наклонился, чтобы умыться и сплюнуть воду, а когда снова выпрямился, Алекс уже исчезла. Он потянулся за полотенцем, чтобы вытереть глаза и рот – и мог бы поклясться, что все еще ощущал на шее ее дыхание.

Глава 50

Глава 50

В том, что касалось его детективных способностей, Миллер, как правило, не страдал от недостатка уверенности, – но, если его подтолкнуть, он мог в конце концов признать, что не очень хорошо понимает свою аудиторию. Или, вернее, слушателей в этой аудитории. Однако даже такие нечуткие создания, как какой-нибудь пень или тетка-регистраторша в больнице, в конце концов бы догадались, что Сю все еще на него сердится.

Ее челюсть была напряжена, уголок глаза слегка подергивался. Поначалу Миллер, увидев это – они как раз вышли из участка и сели в машину, – подумал, что она ему подмигивает, и рефлекторно подмигнул в ответ. Однако она в ответ свирепо захлопнула дверцу машины, чем быстро избавила его от иллюзий, что это, возможно, флирт (крайне маловероятно), озорство (вообще невозможно) или (совсем идеально) попытка намекнуть: мол, несмотря ни на что, она все еще на его стороне.

Она, правда, сказала: “Мне жаль, что вас отстранили от дела Поупа…” – но в ее голосе не было особого сожаления, и он явственно ощутил повисшее в воздухе, не высказанное вслух “но”.

“…но такова стандартная процедура, так что возьмите себя в руки”.

“…но, вероятно, большего вы не заслуживаете, учитывая, что вы скрываете от следствия вещдоки”.

“…но это не значит, что я на вас уже не злюсь”.

В дороге они оба были, мягко говоря, немногословны. Не считая нескольких приглушенных ругательств – Миллер очень надеялся, что они предназначаются другим водителям, – нескольких тяжелых вздохов и иногда ворчания, Сю не издала ни звука, и только когда они добрались до места назначения, напомнила Миллеру, зачем именно они направляются в магазин телефонов.

– Мы здесь, чтобы просмотреть записи с камер видеонаблюдения. – Она осторожно вырулила на обочину, затем заглушила двигатель и отстегнула ремень. – Потому что это может помочь нам установить личность человека, купившего здесь мобильный телефон, в памяти которого несколько входящих вызовов с телефона Эдриана Катлера и несколько исходящих вызовов на него же, и все эти вызовы были совершены в течение нескольких недель перед убийством.

Миллер пристально посмотрел на нее.

– Думаешь, я это забыл?

– По-моему, это не так уж невозможно.

– Действительно, вполне возможно, – признал Миллер. – Но я ничего не забыл. Или ты думаешь, что я идиот?

– Иногда, – призналась Сю. – Хотя нет… часто.

– Ну, по крайней мере не постоянно. – Он поднял руку, как бы приглашая дать пять. – Сочту это за комплимент.

Сю повернулась и уставилась на него, пытаясь подобрать слова.

– Вы… вы были таким до того, как погибла ваша жена?

– Уточни, пожалуйста, – попросил Миллер.

– Беспардонным. – Сю прервалась, но только затем, чтобы сделать глубокий вдох. Похоже, нужный список уже давно был у нее наготове. – Высокомерным. Грубым…

– Дай угадаю, дальше будет что-то на “д”?

– Бесчувственным, безалаберным, упрямым, инфантильным… до идиотизма самоуверенным и плюющим на все авторитеты.

Миллер попытался перебить ее, но Сю уже бросила подбирать слова и принялась торопливо подсчитывать на пальцах его оставшиеся пороки.

– Невнимательным, легкомысленным, вредным, беспардонным, непостоянным, ненадежным, капризным…

– Во-первых, ты уже говорила “беспардонный”, а во-вторых, последние три слова, в сущности, означают одно и то же.

– Ну и?

– Давай я буду каждым из них по очереди?

Сю выглядела так, словно ей очень хотелось начать биться головой о руль. Несколько мгновений она приходила в себя, а потом опять спросила, вежливо и медленно:

– Вы были таким раньше?

Миллер подумал немного и пожал плечами.

– Возможно. Если честно, думаю, после смерти Алекс мне просто стало все сходить с рук. – Он открыл дверцу машины. – Ну, должны же у меня быть какие-то льготы?

Без всяких предварительных договоренностей именно Сю взяла инициативу в свои руки: она предъявила свое удостоверение и попросила разрешения поговорить с менеджером. Миллер смирился с тем, что его загнали под лавку и, когда Сю проводили в боковую дверь, принялся с озадаченным видом слоняться по магазину и насвистывать себе под нос. Немного поглядел в окно. Изучил новенький айпад и решил, что фраза “новый планшет специально для вас” только раззадоривает магазинных воров. Полистал брошюру о технологиях 5G. Даже завел недолгую и нелепую беседу с консультантом про сетевые адаптеры.

– Мне нравятся адаптеры. А вам USB-ключи нравятся?

– Ну, если вам в дороге понадобится широкополосная передача, они, конечно, могут пригодиться.

– Вообще-то мне просто нравится выражение, – сказал Миллер.

Он не мог винить Сю за то, что она считает, что он ее подставил. Несмотря на внушительный список претензий, он был уверен, что она его простит, однако его интересовало, нельзя ли как-нибудь ускорить этот процесс. Конечно, он еще раз извинится, но, очевидно, не лишним было бы сделать что-нибудь еще.

Возможно, ему следует купить ей что-нибудь – в знак примирения.

Однако они не проработали вместе даже недели, и найти идеальный подарок для Сю, основываясь на том немногом, что он о ней знает, будет непросто. Да, она любит хэви-метал… или он интересует ее только как подводка к спонтанному сексу? Впрочем, даже если бы Миллер мог организовать ей перепихон с Оззи Осборном, она бы все равно вряд ли обрадовалась.

Можно купить ей книжку приколов.

Просто по приколу.

Только она ведь не поймет.

Можно попробовать извиниться еще разок-другой…

Когда Миллер остановился возле стенда с мобильными телефонами, к нему подошел другой консультант – судя по всему, он не заметил, как они с Сю вошли.

– Вам подсказать что-нибудь?

– Возможно. – Миллер взял один телефон и повертел его в руке. – У этой модели четыре камеры, да?

Консультант кивнул и улыбнулся, как будто Миллер сделал отличный выбор.

– Да, верно, три сзади, одна спереди. Сеть 5G.

– Я читал брошюру. – Миллер показал пальцем.

– Да, хорошо. Так вот, плотность пикселей 441 пиксель на дюйм…