– Все могло сложиться совершенно по-другому. И хорошо, что не сложилось.

– Если бы мы не встретились тем вечером, то не имели бы всего того, что имеем сейчас. Та встреча изменила все.

– Верно, – отозвалась я, задумавшись, к чему клонит Джек. Что он пытается донести до меня? – Благодаря той ночи у нас теперь есть Джей и Оливия. И мы были счастливы, правда? Да, сейчас нам нелегко, но все наладится?

– Конечно, – произнес Джек, но я не слишком ему поверила.

Я знала, о чем он думает: как события этой недели повлияли на все, о чем он только что сказал.

– Давай поговорим о том вечере, когда мы встретились.

– Давай, – кивнула я, размышляя, к чему это приведет.

– Тебе не кажется, что ты должна была рассказать мне все еще тогда?

– О чем рассказать? – спросила я, отлично поняв, на что он намекает. Но мне хотелось, чтобы он сказал об этом прямо.

– О том, что ты сделала.

– Я разве была под следствием? – резко спросила я не подумав. И, спохватившись, добавила уже мягче: – Я вообще не собиралась рассказывать о том, что произошло. Тем более первому встречному.

– Ну разумеется, – Джек взял меня за руку. – Извини, я погорячился.

В его словах прозвучала фальшь. В нем говорила обида и, возможно, усталость от всего. Но от этого мне было не легче.

– Я просто хотел сказать, – начал Джек, отпустив мою ладонь и вернувшись к поглощению еды, – что мог бы помочь тебе еще тогда, в Англии. А теперь, когда все произошло, нам будет гораздо труднее выпутываться из этой истории, верно?

– Похоже, что так.

– А если бы мы столкнулись с этим еще там, все вышло бы намного проще.

Я поняла, что он говорит о Дэне. И сразу догадалась, что он имеет в виду.

– Если это он, то чего добивается?

Я медленно положила вилку. Есть совершенно не хотелось, и я с трудом проглотила несколько кусочков, прежде чем окончательно отказалась от этой идеи. Мой желудок по-прежнему бунтовал.

– Непонятно, зачем ему подсылать ко мне кого-то, если они ничего не просят. И кто эти мужчина с женщиной, что напали на меня вчера?

– Эта Элла… она ведь даже не дала понять, что говорит о тебе?

– Ни в малейшей степени, – ответила я, все еще надеясь, что смогу поговорить с ней снова и что-то выяснить для себя. – Она пришла, рассказала свою историю и быстро ретировалась. Словно боялась продолжить беседу.

– Тогда, возможно, мы опережаем события, а на самом деле за этим ничего не стоит? – Я чувствовала, как мечутся мысли Джека в поисках нужного решения. – Но тогда как объяснить появление этой парочки у тебя на работе?

– Да. – Я вглядывалась в лицо Джека, ища признаки того, что он во всем винит меня. За то, что я втянула в это дело свою семью. Да, я виновата, но вряд ли Джек меня возненавидел. – И она рассказывала про меня. Непонятно только зачем. И на что они надеются.

– Они пытаются нас запугать.

Обдумав эту идею, я решила, что в ней есть смысл.

– Они хотят довести нас до предела, чтобы мы не смогли сказать «нет», когда они потребуют у нас желаемое.

– Именно.

– Тогда что делаем мы? Я не хочу, чтобы так произошло. Мы можем как-то их опередить?

Джек с отсутствующим видом накручивал спагетти на вилку, пока они полностью не развалились. Тогда он оттолкнул от себя тарелку.

– Я не знаю, что нам делать. Вот тебе мой ответ. Все это случилось не в самое удачное время, Сара.

– Вообще-то я не планировала это событие.

– Знаю, но что толку. Это наверняка он. Больше просто некому.

Дэн.

Джек, конечно, прав. Только Дэн мог рассказать Элле нашу историю.

– Вряд ли он стал бы кому-то про это рассказывать. Если все откроется, то пострадает прежде всего он сам.

– А кто-нибудь еще об этом знает?

– Кроме нас с тобой?

Задав этот вопрос, я ждала, что Джек каким-то образом выдаст себя. Минутным колебанием или чуть заметным страхом.

Но ничего подобного не произошло. Джек спокойно выдержал мой взгляд, пока я не опустила глаза.

– Я не сказал ни одной живой душе, Сара, – сказал он, поднимаясь и подходя ближе. Накрыв мои руки ладонями, он нагнулся ко мне. – Ты веришь? Твое доверие для меня свято, и я бы не смог обмануть его ни за какие блага. Это бы разрушило нашу семью и погубило нас обоих. И я ни за что на свете не пойду на такое.

– Я знаю… – начала я, но слова застряли у меня в горле. Я вдруг на секунду в этом усомнилась. Не знаю почему. Джек никогда не давал мне повода сомневаться в нем.

– Просто я… боюсь, Джек. И не знаю, что делать. Как выпутаться из этой истории. Если она вернется…

– Если вернется, – прервал меня Джек, прижимая к себе. – Все обойдется. Мы пройдем через это вместе. Только ничего от меня не скрывай. Прежде чем что-то сделать, советуйся со мной. Не надейся, что я позволю тебе действовать в одиночку. Мы будем бороться вместе. Договорились?

Я молча кивнула. Дальше говорить я была не в силах. Открыв рот, я дала бы волю всем тем эмоциям и страхам, которые держала в себе последние два дня.

Они бы хлынули из меня, как кровь из раны умирающего человека.

– Если они потребуют деньги, мы сумеем их достать, – решительно произнес Джек. – Правда, мы все еще должны моим родителям, но деньги у нас будут.

– Но Джек…

– Нет, это важно. Конечно, дела на работе могли бы идти и получше, но в любом случае проблемы с деньгами у нас не будет.

– У вас проблемы с последним кварталом?

Джек махнул рукой:

– Просто клиенты немного забеспокоились. И совершенно напрасно. Я в конечном счете все улажу. Надо только немного подождать. В следующем году все будет отлично. Мы будем в шоколаде.

– Окей, Del Boy[2].

Джек вопросительно посмотрел на меня. Я, мысленно улыбнувшись, покачала головой:

– Не волнуйся, просто еще один англицизм, который тебе необязательно знать.

– Мы справимся, – сказал Джек, прижимая меня к себе так сильно, что я чуть не задохнулась.

Однако продолжения не последовало.

Глава 25

Глава 25

Десять лет. Все эти годы я скрывала от него эту историю.

Вообще-то я хотела рассказать ему раньше, но для подобного признания все никак не представлялся подходящий случай. Разве легко признаться, что ты соучастник убийства? Ну как сказать тому, кого любишь больше жизни, что ты совсем не та женщина, которую он представлял?

Как поставить на карту свое будущее и при этом надеяться на благополучный исход?

У меня не было никакого плана действий. Я не отмечала дату в календаре, когда все ему расскажу.

Это произошло само собой.

Мы были вместе уже больше десяти лет. Джею исполнилось шесть. Мать Джека страшно обрадовалась, узнав, что перед свадьбой я не была беременна. Кажется, она подозревала, что мы поженились по залету. Она никогда мне не доверяла.

Его семья с самого начала относилась ко мне с подозрением. Но Джек всегда отметал мои сомнения и беспокойство по этому поводу.

– Они тебя любят.

Ну да, любят. Для них я была английской шлюшкой, которую Джек притащил из Лондона. Прибыла на самолете и не убралась восвояси. Первые несколько лет были по-настоящему тяжелыми. Чтобы подниматься по карьерной лестнице, Джеку приходилось работать на износ.

Потом мы приобрели дом за миллион долларов. До этого мы ютились в квартирке, которая не сильно отличалась от той, в которой якобы жила Элла. Мы переехали в Уэстпорт со всей его сопутствующей роскошью и зажили совсем по-другому.

Но меня не оставляла мысль, что всего этого я не заслужила.

Я все ему рассказала, когда мы приехали в Англию на похороны моего отца. Сейчас я уже не помню, почему наконец сдалась. И отчего решила, что час настал. Ничто не предвещало такого решения. Никакой внутренней борьбы не было.

Просто меня всецело поглотило чувство, что я должна освободиться от этого бремени. Которое с каждым днем становилось все тяжелее.

Я должна тебе кое-что рассказать, вот только не знаю, как ты это воспримешь. Только не перебивай меня, пока я не закончу.

Наверняка Джек подумал, что я хочу признаться ему в измене. Услышав нечто подобное, любой женатый мужчина испытывает страх. Он побледнел, и на лбу у него выступила испарина. Когда он сел рядом со мной на диван, я почувствовала, что он дрожит.

Это была самая страшная ночь в моей жизни.

И это была самая лучшая ночь в моей жизни.

Признаться любимому в том, что я совершила. Свое бремя я не имела право ни с кем делить, но это не значит, что я этого не хотела.

И я ощутила облегчение.

Я рассказала мужу обо всем, что произошло в ту ночь. Это была моя история. Раньше он спрашивал о моих прежних увлечениях, а я в свою очередь интересовалась его бывшими пассиями. Такие разговоры, как правило, происходят в начале серьезных отношений. Обычно они случаются поздно ночью, когда по какой-то причине вы не можете заснуть.

У Джека было несколько романов, но ничего серьезного. Я была первой женщиной, с которой он увидел свое будущее. И то же самое я сказала ему.

Дэна я упомянула лишь мельком, опасаясь, что ненароком выдам себя.

Когда же я наконец призналась Джеку во всем – как близки мы были с Дэном и что натворили вместе, – он не сделал ничего такого, чего я опасалась. Крепко обняв меня, он сказал, что все будет хорошо. Ведь я тогда попала в безвыходное положение и поступила единственно возможным образом.

Он сказал именно то, что мне было нужно, и на какое-то время освободил от чувства вины.