Движемся пару часов в среднем темпе, выходим на проселочную дорогу с накатанной колеей. Проводник подходит к Валерию и машет рукой в сторону. Приказ передается по колонне, и группа рассредоточивается в густых зарослях вдоль дороги. Меня отводят подальше метров на пятьдесят. Ребята готовят засаду. Ожидание утомляет, я чувствую, как тяжелеют веки. Вано кладет руку мне на плечо и жестами показывает, что можно поспать. Меня снова окутывает сладкая дрема. Дует теплый ветерок, касаясь щек, словно бабушкины руки в детстве, от которых всегда исходила нежность. Я все глубже и глубже погружаюсь в глубокий и спокойный сон, первый раз после высадки, ведь на привале особо поспать не удалось.

Жесткий толчок локтем в бок мгновенно пробуждает меня, я возвращаюсь к действительности. Вано молча указывает на дорогу. Вдалеке клубится пыльное облачко, приближаясь к нам. Минут через пять можно разглядеть грузовик с вместительной кабиной. Тарахтение дизельного движка становится все громче, машина приближается к месту, где заняли позицию Валеркины парни.

Начало действа я пропускаю, но вижу, что два человека, сидевшие в кабине, почти одновременно вздрагивают и начинают неестественно заваливаться: водитель — носом на руль, а его сосед — головой к центру кабины. Мужчина в кузове вскидывает автоматическую винтовку, но практически сразу кубарем катится в придорожную пыль. Выскакивают морпехи, быстро бросают тела в кузов. Меня, как ребенка, заталкивают в кабину. Валерка, каплей и я располагаемся на заднем сиденье, морпех-водитель, Вано и еще один боец садятся впереди. Все остальные занимают места в кузове, и грузовик продолжает движение.

— Ну, товарищ начальник, где твоя особая карта? — обращается ко мне строгий кап-три Валера.

Ему видимо, тяжело смириться с тем, что приходится не только подчиняться мне, но еще и опекать меня. Достаю пластиковый чехол, в котором покоится произведение искусства, сработанное специалистами Российского картографического отделения Его Императорского Величества Генерального штаба, с наложениями расхождений и дополнений картографов кайзеровского Генерального штаба Германии и современной космической и аэрофотосъемки. Валерка ошалело смотрит на карту. Каплей по-детски приоткрывает рот:

— Командир, вот это дело, а у нас двухверстка — предел мечтаний.

Валерка с укоризной смотрит на подчиненного, но скрыть своего восхищения тоже не в состоянии.

— Ну, им так полагается, — с нарочитой серьезностью говорит он, кивая в мою сторону. — Хорошая карта, Иванов, это правда. Умеют вас там экипировать. А читать ты ее умеешь?