Носители общественного сознания побуждают массы к усиленной деятельности на основе принципа жертвенного служения, прибегая к репрессиям, чтобы заставить личность служить интересам общества. Большим подспорьем общественному сознанию в подобные моменты оказывается естественное стремление людей к самосохранению в качестве именно членов данного общества со всеми его порядками и традициями. Кроме того, ему способствует естественный энтузиазм, возникающий при массовых коллективных действиях. И общество постепенно приходит в движение, стремясь «от других не отстать», заимствуя весьма внешним образом достижения «соперников». Если поставленная цель достигнута, развитие за счет внешнего противоречия прекращается, и общество вступает в период «застоя». В случае очевидного краха общественных стремлений возможна ситуация катастрофы.

Развитие за счет внешнего противоречия требует жертвенности поведения обыкновенных людей, культивирования героизма и романтики, борьбы с «обывательской психологией» и т.п. Оно же порождает у обычных людей склонность переносить перспективу лучшей жизни на детей, принятие роли «первопроходца и первооткрывателя», чтобы приносимые жертвы и лишения обрели смысл. Таким путем Россия развивалась в царствование Петра I, СССР в период сталинской индустриализации.

Чрезмерное угнетение в общественном сознании и подсознании индивидуалистской тенденции приводит к крайне опасному для общества результату. Поскольку ее полное вытеснение невозможно (ибо противоречит человеческой природе), то она, чтобы сохраниться, становится «сверхвыживаемой» за счет усиления цинизма и нигилизма по отношению к любым светлым и благородным идеям (ведь следование им часто требует жертвенного поведения, чему противится индивидуалистская тенденция) и примитивизации интересов личности.

Для ограничения индивидуалистской тенденции развивается мощный репрессивный аппарат, влияние которого в обществе становится чрезмерным. Но если угнетение индивидуалистской тенденции резко ослабнет по каким-то причинам, то неизбежен взрыв преступности и видимая «варваризация» массы людей. Ведь у общества нет противоядия в виде устойчиво существующих норм, позволяющих индивиду законным и нравственным путем достигать социальной значимости. Многие люди будут подражать уже готовым образцам поведения, позволяющим достичь социальной значимости, но они в массе своей окажутся аморальными или даже преступными. Общество окажется в ситуации аномии («беспредела»), как это случилось практически во всех странах на постсоветском пространстве.