При желании можно было бы продолжить подборку высказываний, в которых отмечается мессианство как присущая русским черта. Но возникает вопрос: «Если эта черта им действительно присуща, то чем она обусловлена, каковы факторы, сформировавшие ее»?

Самой общей предпосылкой мессианизма, присущего русским, может быть складывающееся у них (благодаря русскому языку) представление живого и целостного мира, в котором они живут (об этом уже шла речь выше при рассмотрении доверчивости как черты русской идентичности). Бессознательно это представление (и ощущение) выразил А. Платонов словами о «прекрасном и яростном мире», ибо мертвое и раздробленное не может быть прекрасным и яростным. Будучи включенным в живой и целостный мир, ощущая себя частью его, русский человек бессознательно стремится сохранить эту живую целостность.

Вторым фактором складывания русского мессианизма оказывается служебная деятельность, которая сыграла свою роль и в формировании доверчивости, но здесь ее действие имело свою особенность. Цели и смысл служебной деятельности определяется внешними по отношению к существованию деятеля ценностями (Бог, родина, народ и пр.). Длительная направленность деятельности на них вырабатывает у человека привычку видеть в служении им смысл своей жизни. В результате у него расширяется смысловой кругозор, и он становится способным разомкнуть узкий круг своего повседневного существования. «Жизнь для себя» часто кажется русскому человек скучной, неинтересной и отчасти даже постыдной. Он был душевно готов «пострадать за мир» в царское время, и «я же не для себя стараюсь», – как бы оправдываясь, нередко говорил он в советское время.

Помимо глубинной, душевной, готовности «нести крест» во имя благородной цели человеку (народу) нужна физическая и душевная сила при движении к ней. Откуда русские черпали ее, реализуя свои (или чужие, но принятые за свои) мессианские замыслы?

Самый общий (и первоначальный) источник силы русского народа, действовавший на протяжении всей российской истории до последнего времени, – мощный славянский генофонд. Древние авторы отмечают у славян высокий рост и огромную силу (Прокопий Кессарийский), выносливость, способность легко переносить жар, холод, дождь, наготу, недостаток в пище (Маврикий Стратег). Позже, в Великую Смуту, у Московской Руси, по словам А.Н. Толстого, была только «одна сила: крепкий, расторопный, легкий народ».

Русский народ, «цвет человеческой расы» по А. Кюстину, создал великое государство, отвоевал выходы к морям, отразил нашествия Наполеона и Гитлера, выдержал большевистские коллективизацию и индустриализацию, и, кажется, выдержал даже «радикальные реформы». Но ни одно качества не дается народу раз и навсегда.