Источником средств для подготовки восстания, по его собственному признанию, стал представитель британской разведки кпт. Дж. Хилл: «Требовалось оружие, деньги, фальшивые пропуска и главное мое непосредственное руководство. Всем этим я обеспечивал организацию»[2522].
Выступление в Ярославле произошло в полном соответствии с планами французской миссии. Бывший сотрудник французского генерального консульства Р. Маршан в 1922 г. на процессе правых эсеров вообще утверждал, что «Савинков по приказу французского посла поднял ярославское восстание»[2524]. Восстание было рассчитано на поддержку союзников, высадка которых должна была произойти в Архангельске. Я получил известие от французского посла Нуланса, подтверждал Савинков, в котором «категорически» подтверждалось, что «десант высадится между 5–10 июля», и в котором указывалось на необходимость начать в то время восстание на Верхней Волге[2525]. Однако французы не сдержали своих слов и «мы, — отмечал Савинков, — остались висеть в воздухе в Ярославле. Восстание утратило смысл. Мы оказались в положении людей, обманутых иностранцами»[2526].
Ленин имел все основания характеризовать события в Ярославле как заговор послов. Действительно, отмечает историк Голдин, «история дипломатии цивилизованных народов не знала примеров», подобных поведению «послов» Антанты в России 1918 года. Еще в апреле 1918 г. были раскрыты связи «между сибирскими контрреволюционерами и некоторыми консулами из числа союзников. Народный комиссариат опубликовал эти сведения и предъявил союзникам ноту с требованием отозвать консулов, имевших отношение к этому делу…»[2527]. Позже последует арест Локкарта за финансирование подпольного «Всероссийского национального центра» и «Союза возрождения России»[2528].
Процесс по делу «заговора послов» открыл и другие, не менее грандиозные планы дипломатических представителей демократических стран. По словам французского журналиста Маршала в августе 1918 г. на «закрытом собрании, имевшем место в генеральном консульстве Соединенных штатов…, я узнал, что один английский агент подготовлял разрушение железнодорожного моста через реку Волхов, недалеко от Званки. Достаточно бросить взор на географическую карту, что бы убедиться, что разрушение этого моста равносильно обречению на полный голод Петрограда, в таком случае город фактически оказался бы отрезанным от всяких сообщений с востоком, откуда приходит весь хлеб, и без того крайне недостаточный для существования…, один французский агент присовокупил, что им уже сделаны попытки взорвать Череповецкий мост… затем речь шла о разрушении рельсов на разных линиях… подобные инициативы могут иметь единственный гибельный результат: бросить Россию во все более кровавую политическую и бесконечную борьбу, обрекая ее на нечеловеческие страдания от голода…»[2529].