Да что там «союзники» и солдаты, против Колчака выступило даже собственное правительство и армейское командование. Их настроения 25 ноября 1919 г. передавал премьер-министр колчаковского правительства видный кадет В. Пепеляев: «ваше высокопревосходительство, освободите меня от обязанности министра-председателя. Я не могу оставаться при таких условиях!»[3512] О причине этой просьбы, на той же встрече, говорил брат премьер-министра ген. А. Пепеляев, командовавший 1-ой Сибирской армией: «моя армия считает, что главнокомандующий идет против общественности и преследует ее…»[3513].

Против Колчака выступил даже главнокомандующий его армией ген. Дитерихс, который стал «горячим сторонником и заступником идеи созыва Земского Собора в Сибири; идеи, с которой носились омские министры и так называемая общественность»[3514]. Против Колчака выступил и ген. Войцеховский, который «считал возможным не только общую деятельность и работы с социалистами, но даже допускал компромиссы с ними…»[3515]. В Красноярске против Колчака выступил 1-й Сибирский корпус ген. Зиневича, который, как писал он сам, «понял, что адмирал Колчаки его правительство идут путем контрреволюции и черной реакции»[3516].

Однако решающую роль в падении Колчака сыграли настроения местного населения, чья реакция на «белую» власть выразилась в огне партизанской войны, охватившем почти всю Сибирь и Дальний Восток. «По мере наступления теплого времени число очагов восстания все увеличивается; на Тайшетском участке идет настоящая война…, — записывал в своем дневнике Будберг, — весна и листва дают огромные преимущества повстанческим бандам…, военными средствами нам уже не справиться с тыловыми восстаниями…, для этого надо или какое-нибудь чудесное изменение настроения населения, или же немедленная оккупация тыла союзными войсками…, союзная часть должна гарантировать населению безопасность от атаманщины и беззаконий»[3517].

К лету ситуация стала критической, «в тылу возрастают восстания, — отмечал Будберг, — так как их районы отмечаются по 40-верстной карте красными точками, то постепенное их расползание начинает походить на быстро прогрессирующую сыпную болезнь»[3518].

С сентября 1919 г. отдельные партизанские отряды стали объединяться в целые партизанские армии. В Забайкальской области образовались армии Западного Забайкалья (командующий Е. Лебедев, численность до 6 тыс. бойцов) и Восточного Забайкалья (командующий П. Журавлев — 13 полков); в Амурской области — армии Приамурья (командующий Г. Дрогошевский — 12 тыс. бойцов) и Нижнего Амура (руководитель Д. Бойко-Павлов — более 20 отрядов); в Приморской области — армия Приморья (командующий С. Лазо — около 5 тыс. бойцов). На запад от Байкала действовал еще более мощный партизанский фронт. В Иркутской губернии — Восточно-Сибирская советская армия (командующий Д. Зверев, численность около 16 тыс.); в Енисейской губернии — Южно-Енисейская армия (командующий А. Кравченко — 25 тыс.) и Северо-Енисейская армия (руководитель В. Яковенко — до 8 тыс.); в Томской губернии — 1-я Томская дивизия (командир В. Шевелев-Лубков — около 18 тыс.); на Алтае — Западно-Сибирская армия (командующий Е. Мамонтов — до 50 тыс.); 1-я Горно-Алтайская дивизия (командир И. Третьяк — около 18 тыс.); 1-я Чумышская дивизия (командир М. Ворожцов — до 10 тыс. человек)[3519].