С подобным «барином» связывал все свои надежды и военный министр Колчака Будберг, который приходил к выводу, что «на атаманах и карательных отрядах государства не восстановить; всех недовольных и восстающих против насилия не перевешать и не перепороть — рук не хватит, да и руки коротки»[3541], а у нас «белых», для наведения порядка «средств нет… те случайные и импровизированные суррогаты, которые мы пытаемся для этого применить, только увеличивают разруху и заставляют население становиться большевиками или сочувствующими любому режиму кроме нашего. Все донесения разных усмирителей об умиротворениях — все это на три четверти ложь и обман… несомненно, что наружное спокойствие кое-где водворяется, но это спокойствие кладбища или придавленное молчание стиснутой ненависти, ждущей только благоприятного случая, чтобы опять развернуться»[3542].

Выход Будберг находил только в иностранной «оккупации важнейших населенных пунктов для установления там законного порядка и нормальных условий жизни; сделать сами этого мы не в состоянии как по недостатку людей и вооруженной силы, так и по причинам чисто морального порядка, свойственным атмосфере гражданской войны…, нам нужны совершенно нейтральные, беспристрастные и спокойные войска, способные сдержать всякие антигосударственные покушения как слева, так и справа. Только под прикрытием сети союзных гарнизонов, не позволяющих никому насильничать и нарушать закон, поддерживающих открыто и определенно признанную союзниками власть, возможно будет приняться за грандиозную работу воссоздания всего разрушенного в стране, восстановления и укрепления местных органов управления и за еще более сложную и щекотливую задачу постепенного приучения населения к исполнению государственных и общественных повинностей, к платежу налогов, — одним словом, к многому, от чего население отвыкло; это неизбежное ярмо надо надеть умеючи, а главное, без помощи наших карательных и иных отрядов»[3543].

Подобные призывы «белых» генералов, к завоеванию и оккупации собственной страны иностранной военной силой, откровенно пугали ее представителей: Не говоря о том, каких бы человеческих и материальных жертв это стоило, вставали еще два вопроса, отмечал Локкарт: «Что станут делать союзники в завоеванной Москве, и как сможет удержаться в России буржуазное правительство без нашей постоянной поддержки?»[3544] «Мы могли бы затянуть гражданскую войну, возможно, на много лет, пока Россия не превратилась бы в совершенно опустошенный континент…, — пояснял Ллойд Джордж, — но и тогда с помощью силы мы не пришли бы ни к какому решению вопроса…»[3545].