«Неверно думать, что Русское государство стало многонациональным только в XVI веке, — писал Д. Лихачев, выделяя истоки особенностей русского национального менталитета, — Оно было многонациональным уже в X, XI и XII веках… Русские сражались с половцами. Но ни одного слова презрения к ним, как к народу, в русских литературных произведениях и в летописи мы не встретим…». Лихачев приводил пример Вл. Мономаха, который в своем «Поучении» гордо рассказывает о грозных победах над половцами, но не менее гордо он сообщает: «Миров заключил с половецкими князьями без одного двадцать…, и раздаривал много скота и много одежды своей. И отпустил из оков лучших князей половецких…»[1813].
«После кончины в 1598 г. последнего Рюриковича…, — дополнял В. Кожинов, — царем был избран боярин «татарского происхождения» Борис Годунов…, его главным соперником… был также
Западное мировоззрение формировалось в совершенно других условиях. Европейские страны представляли собой в той или иной мере мононации, для которых заморские колониальные народы были заведомо дикими, низшими расами. Например, кембриджский историк Ч. Кингсли писал своей жене в 1860 г. из Ирландии: «Мне не дают покоя человекообразные шимпанзе, которых я вижу вдоль сотен миль дорог этой ужасной страны… Противно наблюдать белых шимпанзе: будь они черными, это было бы не так страшно…»[1815].
«Еще сто лет тому назад, — писал в 1930-х гг. И. Солоневич, — на юге и западе США правительство платило за скальп взрослого индейца пять долларов, а за скальп женщины и ребенка — по три и два доллара. Приблизительно в то же время завоеванные кавказцы — Лианозовы, Манташевы, Гукасовы — делали свои миллионы на «русской нефти», из русских — не сделал никто. Завоеванный князь (армянин) Лорис-Меликов был премьер-министром, а Гончаров во «Фрегате «Паллада» повествует о том, как в борьбе против «спаивания туземцев» русское правительство совершенно запретило продажу всяких спиртных напитков к востоку от Иркутска — и для русских в том числе. Все это никак не похоже на политику «национальных меньшинств» в США и Канаде, в Конго или на Борнео. Все это никак не похоже и на политику Англии в Ирландии или Швеции в Финляндии. Англия, завоевав Ирландию, ограбила ирландцев до нитки, превратив все население страны в полубатраков. Швеция, завоевав Финляндию, захватила там для своей аристократии огромные земельные богатства, и против этой аристократии финское правительство вело свои знаменитые «дубинные войны». Россия отвоевала от Швеции Прибалтику и Финляндию, не ограбила решительно никого, оставила и в Прибалтике, и в Финляндии их старое законодательство, администрацию и даже аристократию — прибалтийские немцы стояли у русского престола и ген. Маннергейм был ген. — адъютантом его величества»[1816].