Действительно, условия формирования Российской империи наложили отпечаток на саму имперскую нацию: «Россия больше чем народ, — указывал на ее особенность религиозный философ В. Соловьев, — она есть народ, собравший вокруг себя другие народы…»[1822]. «Дух России — вселенский дух», пояснял Н. Бердяев, «Национален в России именно ее сверхнационализм…, в этом самобытна Россия и не похожа ни на одну страну мира»[1823]. Эта особенность отразилась даже в том факте, что название русского народа является прилагательной частью речи, в то время как всех остальных народов — существительной.

Формулируя русскую национальную идейную основу, Ф. Достоевский писал, что «стать настоящим русским, стать вполне русским, может быть, и значит только… стать братом всех людей, всечеловеком, если хотите…»[1824]. Эти идеи развивал немецкий философ В. Шубарт, который относил такой нетипичный для Запада менталитет русского человека, не к его слабости, а наоборот — к его достоинствам: «Сущность русского братства не в том, что люди в равной мере чем-то владеют или что они равны, а в том, что они уважают равноценность друг друга»[1825]. «Русская душа ощущает себя наиболее счастливой в состоянии самоотдачи и жертвенности. Она стремится ко всеобщей целостности, к живому воплощению идеи о всечеловечности»[1826].

* * * * *

Но ничего не дается бесплатно и наиболее ярко особенности Российской империи проявились именно в вопросе платы за цивилизацию: в западных и восточных империях эта плата собиралась с покоренных народов, в России дело обстояло прямо противоположным образом: основным плательщиком здесь выступал имперский — русский народ. «В русской стихии, — замечал в этой связи Н. Бердяев, — поистине есть какое-то национальное бескорыстие, жертвенность, неведомая западным народам»[1827]. Эта «жертвенность», на фоне существовавшей социальной сегрегации русского крестьянства[1828], превращалась в своеобразную, но реальную расовую сегрегацию «имперской нации», признаками которой были, прежде всего:

1.) утрата национального чувства;

2.) ограничение свободы;

3.) экономическая и культурная эксплуатация.

1.) Говоря об утрате русскими своего национального чувства, историк В. Кожинов, отмечал, что условия создания Российской империи «неизбежно вели к ослаблению и размыванию таких четких национальных граней и форм, которые присущи западноевропейским народам… У русских не было столь твердых, отчеканенных форм национального быта, поведения, сознания, наконец, самого облика, как в странах Запада и… Востока…»[1829]. Не только полуграмотное русское крестьянство, но и «русский пролетариат, — по словам видного ученого, либерала В. Гриневецкого (1918 г.), — лишен национального чувства, который есть в гораздо более культурном пролетариате Запада»[1830].