На досуг денег практически не тратили. Даже на кино. В основном ограничивались прогулками по ближайшим улицам. Хотя мы и жили на окраине, но от центра недалеко. Нам было интересно знакомиться с сибирской городской архитектурой. Город был преимущественно одноэтажным. Встречались великолепные образцы деревянного сибирского зодчества.

В заводском клубе проходили литературные вечера. Мы узнавали много интересного о незнакомом нам далёком городе. Хоть в этом была польза от такой странной практики.

Случился у меня там непредсказуемый расход. Уникальный, единственный в жизни! Не чуя беды, пересекаю я наискосок пустынную улицу, а меня останавливает притаившийся гаишник. И штрафует на три рубля. За переход проезжей части в неположенном месте! Вы когда-нибудь видели, чтобы в Москве, где сотни тысяч машин, а пешеходы ведут себя на улицах, как у себя в квартире, кого-нибудь оштрафовали? А тут за четыре тысячи километров от столицы на улице, где в это время не было ни одного автомобиля, я оказался под прицелом законопослушного гаишника. Может, я ему проговорился, что приехал из столицы? А чужаков, тем более москвичей, по всей стране наказывают с особым наслаждением.

Как ни пытался я сэкономить, но вскоре мой бюджет истощал. И тут ко мне пришёл на «помощь» сосед по комнате. Молодой парнишка, видимо, тоже ощущал пустоту в своём кошельке и распознал во мне лоха. Этот хитрованец неожиданно предложил мне объединиться. Какими доводами он меня убедил, не помню. Я согласился.

Мы вскладчину купили на рынке… жареного поросёнка. И несколько дней наслаждались им. Причём кто из нас больше съедал, осталось тайной. Наверно, именно в этом посчитал свою выгоду предприимчивый сосед. Но вот поросёнок исчез в наших желудках, а денег – с гулькин нос. Вновь стали питаться врозь, кто как смог.

На последнюю неделю у меня оставалось по одному рублю в день. Мой рацион состоял главным образом из обеденных щей и троекратного (завтрак, обед, ужин) чая с хлебом…

Во время этой практики в стране произошло исключительное, с далеко идущими последствиями событие. Мы вдруг узнали, что «мудрый» Сталин был не так уж и хорош, как нас всю жизнь заставляли считать. Доклад Никиты Хрущёва на съезде правящей партии о культе личности взорвал страну. Нет, никто не вышел на демонстрацию или митинг. Но атмосфера в стране ещё сильнее изменилась.

Именно после этого разоблачения бывшего вождя и наступила хрущёвская оттепель. Однако утверждать, что мы вдруг стали противниками коммунистической власти, не могу. Мы, я и те, кого хорошо знал, восприняли это как самоочищение власти, как переход к более справедливой жизни и более правильному управлению страной. Антикоммунистами мы не стали. Антикоммунистами нас воспитало дальнейшее «углубление социализма». Медленно, но неотвратимо, ибо с открытием недоступной нам ранее информации всё ярче проявлялась ложь тоталитарной системы, которую лишь пытались подлатать, а не разрушить…