Была ещё одна позорная страница в моей студенческой биографии. Коли ты учишься на творческом факультете – покажи своё творчество. Времени на написание каких-то материалов у меня не было. Имей я журналистский опыт и, тем более, работая в штате редакции, разумеется, представил бы публикации. Но, не имея ни того, ни другого, был вынужден обращаться за помощью к профессионалам. Один из моих подопечных комсомольских активистов работал в областной милицейской многотиражке. «Нужна публикация? Сделаем», – обнадёжил он меня. И представил – за моей, конечно же, фамилией. Опыт такой помощи у него, оказывается, уже был. Не я первый, не я последний… Правда, он ещё извинился передо мной, что заметка получилась не очень-то выигрышной. В узкопрофессиональной многотиражке надо было исхитриться найти для постороннего автора приемлемую, общечеловеческую тему, чтобы не подловили меня на незнании предмета описания.
«В Беатриче Шекспир показал образ… женщины»
«В Беатриче Шекспир показал образ… женщины»
Для всеобщего культурного развития будущих журналистов им усиленно вбивают знания по литературе. По крайней мере, стараются вбить. Не знаю, насколько знания про короля Лира помогут газетчику глубже и грамотнее освещать, скажем, сельскохозяйственную тематику, да ещё в какой-нибудь районной газете, но, как студент, он должен был по косточкам разобрать образ этого обманутого шекспировского героя.
Вообще Вильяма нашего Шекспира «проходили» на журфаке очень подробно. Этот период зарубежной литературы был в основном на нём и сосредоточен. А я, как назло, именно его-то и меньше всего читал, понадеявшись на прежние познания, на просмотр соответствующих кинофильмов и телеспектаклей. К тому же принимавший экзамен преподаватель был специалистом именно по Шекспиру. Он, конечно же, знал все произведения на зубок. Того же требовал и от студентов. И это не важно, что заочники весьма обременены повседневными заботами и не имеют столько времени на учёбу, как студенты дневного отделения. Но коль назвался груздем…
При этом, как я, в конце концов, понял, практически всем преподавателям литературы было важнее выявить, читал ли студент то или иное художественное произведение или нет, чем интерпретация литературоведческих работ. И это правильно!
Кое-как я справился с первым вопросом. Настало время поговорить о Шекспире.
«Скажите, пожалуйста, чем характерен образ Беатриче?» – вкрадчиво спросил меня шекспировед, не называя произведения.