Что касается «боевой подготовки», тут я числился в передовиках: и стрелял метко, и в марш-бросках был не последним, и окапывался в мокром снегу, как опытный партизан, и автомат собирал за секунды, по норме. Так что вскоре я официально стал «отличником». Кстати, по этим показателям воинская часть тоже, вероятно, отчитывалась перед вышестоящим начальством как о достижении в воспитании доблестных воинов.

Но «отличник» согрешил в боевой службе на посту. Случаев было немного, так что расскажу обо всех. Тем более что они типичны для наших солдатских будней. Не я один нарушал устав караульной службы.

Однажды ночью ходил-ходил вокруг вышки, автомат на шее, обе руки сложены калачиком на автомате, весь я накрыт брезентовой плащ-палаткой, да на ходу и заснул. Открыл глаза – передо мной серая пелена. Вслух, грозно вопрошаю окружающее пространство: «Что случилось?» В ответ – тишина. Присмотрелся – я чуть ли не носом упёрся… в дощатый забор склада, вот он и расплывался в моих сонных глазах серой непроглядной пеленой. Сколько я стоя спал, не знаю, может и всего-то забылся на минутку. Но хорошо, что в эту минутку не пришли с проверкой… И смешно, и стыдно.

Как-то зимой меня поставили возле дальнего склада на самый противный пост. Он не просто отдалённый. Рядом с низкорослым леском, продуваемый промозглым балтийским ветром. Сюда часового ставили только на ночь. Днём обходились угловыми постами. В придачу к людям по внешнему периметру на ночь приводили овчарок. На нас они не реагировали, привыкли к людям в шинелях. Лаяли только на вмешательство в запретную зону с внешней стороны. Но чаще всего это были зайцы, лоси, другие животные, очень редко, в соответствующую пору, забредали грибники.

В ту ночь была жуткая метель с мокрым снегом. Под плащ-палаткой я закоченел, уже не было сил терпеть холод и переставлять застывшие ноги-палки. Я не выдержал, спрятался от ветра в окопе, поставил на землю свой ППШ и сел на его цилиндрический диск, прислонившись спиной к стенке окопа. Понимал, что сейчас могу заснуть, что меня могут поймать на этом, наказать, но силы и воля покинули меня.

Зато сработал инстинкт. Я вдруг поднялся. И тут из-за серой пелены снега появился начальник караула. Обходил с проверкой посты. Он подозрительно посмотрел на меня – я с запозданием окликнул его. И на всякий случай спросил: «Ты не спишь?» Я, бодрясь, уверенно отрицал. Не пойман – не вор.

Но однажды меня поймали. Да где! На самом кайфовом посту – в посёлке, у штаба! Пост этот, естественно, только ночной. И двое часовых стояли по полночи. Я там был впервые – пост для избранных, в основном для «старичков», но мне доверили… Я с интересом осматривал машины, постройки во внутреннем дворе штаба. Там ещё был и гарнизонный магазинчик. Всё обошёл, всё в порядке.