– Если ненавидишь, зачем на неё работаешь? – совсем тихо спрашивает Ира. Ей очень хочется выглядеть справедливой.

Пауза. Нина даёт задний ход.

– А ты хи-и-итрая! Может, тебе место уступить? Да не такая уж она богатая. И не жадная. Шерстяную кофту подарила – считай новую.

– Везёт тебе.

Слышу шлепок. Это Нина в негодовании бьёт себя по ляжкам. Поясняет:

– Везёт дуракам, а я умею устраиваться. Только благодарить русских не за что. Сколько лет виноград наш ели, вино пили, а теперь мы – дешёвая рабсила. Но куда я денусь? Иногда для справедливости из хозяйственных денег понемножку таскаю.

– Вдруг заметит? – озаботилась законопослушная Ира.

– Не. Шибко умная, потому так не подумает. Да я больше заслужила! Третий год её на руках ношу, ногти стригу и задницу подтираю. Жидкого мыла наберу и прямо так, пальчиками, вымываю, как лялечку. Сколько это стоит?

– Ты права. И ведь не от сердца отрывает, а смотрит снисходительно, словно жизнь подарила, – наконец-то подала Ира свой настоящий голос.

Ничего себе компаньонки! Мало того, что пьют-едят за мой счёт, за жильё не платят, приворовывают, так ещё и полощут! Притворяются, что уважают, но лишь терпят из-за денег. Ну, всё! Ждать, когда закончиться временная прописка, нет желания. Безо всяких объяснений – что обидело Иру более всего – я прошу её снять комнату, за которую обязуюсь платить. Для собственного спокойствия ничего не жалко.

Они съехали. Какое облегчение!

Однако дом словно вымер. Мне не хватает воинственного гиканья за стеной, любознательной мальчишеской мордочки, встревающей в двери веранды, мягкой улыбки доброжелательной по сути женщины, нещадно покорёженной жизнью. Я искренне радуюсь, когда бабушка с внуком заходят меня навестить. Ребёнок носится по квартире, проверяя, что нового, Ира его одёргивает, стыдит, шлёпает – без всякого результата. Посылаю Нину в кондитерскую за брусничным тортом и угощаю всех красным чаем каркаде. Гости уминают сладкое за десятерых под осуждающим взглядом моей домоправительницы.

Ира предлагает по вечерам, когда спадает жара, возить меня в коляске гулять. Замечательная идея! Я люблю хостинские парки и тенистые улицы. Но самое любимое место – набережная у морского причала. Вечерами отсюда хорошо видно, как на светлом небе, словно в кюветке с проявителем, проступает полупрозрачный ломтик луны, огромное багряное солнце касается горизонта, и море, прямо на глазах, засасывает его в страстном поцелуе. Раскрашенные последними лучами облака меркнут, наконец свет гаснет совсем и черная вода сливается с тёмным небом, расшитым мигающими звёздами.