Детям проще без меня, но я есть, хотя уже не нужна. Это нормально, они выросли, независимы и ничто не мешает им свободно проявлять чувства. Страдаю, что меня редко навещают, вместе с тем сторонюсь слишком близких отношений, коль скоро их не было прежде. Дочь вдруг надумала сделать нам с Кирой приятное – провести лето с детьми в Хосте. Конечно, квартира большая, у самого моря, уже конец сентября, а всё ещё очень тепло, в Прибалтике в июле вода холоднее. Боюсь, со стороны Кати – это жертва, и дочь легко отговорить. Сказала Кириллу:

– Пусть лучше дождётся нашей смерти, правда?

– Неправда, – отвечает он.

Ему очень хочется видеть всех, непрерывно ласкать большими руками, целовать мягкими губами, обмирая от счастья. Но я талдычу своё:

– В одних стенах мы с дочерью не уживёмся. Она бестактная, а я противная, у меня зуд – всех ставить на место. Ничего хорошего из этого не получится. Пусть лучше едут в свой любимый Сан-Тропе – близко от Марселя и ещё теплее, чем здесь, плюс комфорт. Зять вкалывает, как раб на галерах, ему только не хватает вместо отдыха бабских разборок.

Кирилл всегда притормаживает меня, когда я пытаюсь делать взрослым детям замечания, подковырнуть, если нельзя сказать прямо в лицо, что я не согласна. Он благоразумнее меня и всегда оказывается прав.

– Могу подписаться под всеми твоими доводами, но дочь зови и не смей отговаривать.

Я не послушалась и отказала, хотя очень хотелось свидеться. Если бы на недельку – куда ни шло, а месяц почудится веком. Виду не покажут, но будут сожалеть. Это надо? С детства болезненно переношу нелады с родственниками, от знакомых можно отвернуться, а от этих невозможно, они твои, кровные.

С Федей проще, Федя далеко, бывает у нас крайне редко, если вдруг случится командировка «на Большую Землю». Один раз явился с сыном. Внучок уже выше папы, хороший вежливый мальчик, но совсем чужой. Муж сиял от счастья, хотя Федя ему не родной, но нужно знать Кирилла. Он даже банковский вклад на его имя открыл, как и на Катю.

Так мы и живём с моим милым доктором – тихо, мирно, занятые своими любимыми делами. Иногда я публикую очерки в местной прессе, которую бесплатно рассовывают по почтовым ящикам, но большой литературой больше не балуюсь. Научилась вязать, удачно совмещая это занятие с просмотром вечерних новостей по телеку. Кирилл молча сидит рядом, с обожанием глядя мне в лицо. Перед сном отрывает меня от книг и спиц, и в любую погоду таскает на прогулки, повторяя, что движение необходимо. Я устала доказывать, что мой случай особый и реакции тела парадоксальные, но он упрям в своём желании творить пользу.