Лорелей Розен развернулась, гордо вскинула голову и поспешила к стоявшей неподалеку карете. Я поднял оброненный усачом пистоль и отступил, не желая мешать медикам. Пуля угодила в бедро, и жизни раненого ничего не угрожало, но пока не было ясности, удастся спасти ногу или же ее придется отнять.

Ну и плевать. Я убрал пистоли в футляр, взял плащ, нахлобучил на голову шляпу. Ситуация окончательно запуталась, и мне это нисколько не нравилось.

Развеселые школяры гурьбой повалили в какой-то кабак и потащили с собой моих секундантов, а я на одной из улочек смог улизнуть от них и затеряться в лабиринте проходов, узеньких и темных. Немного поплутал по непонятным задворкам, нырнул в какую-то арку и неожиданно даже для самого себя очутился на улице, ведущей прямиком к главному корпусу университета. Туда и отправился.

Для начала заглянул в библиотеку, и на этот раз Эльза оказалась на месте.

– Ты?! – возмутилась она при моем появлении и даже выскочила из-за стола. – И тебе еще хватает наглости являться сюда?!

Столь неожиданная реакция обескуражила. Я вытянул руку, Эльза отпрянула к стене:

– Не прикасайся ко мне!

В кабинете витал дух выдержанного виноградного бренди, но едва ли все можно было списать только лишь на пьяную истерику.

– Эльза, какая муха тебя укусила?!

– О чем ты только думал? Как ты мог со мной так поступить?!

Я вздохнул и спросил:

– И как я с тобой поступил?

– Ты из Вселенской комиссии! Магистр-расследующий!

Мне словно под дых врезали. Дыхание натуральным образом перехватило, и все, что я сумел выдавить из себя, это:

– С чего ты взяла?

– Да все уже знают! Болтают на каждом углу! Хочешь сказать, это вранье?

Я поморщился:

– Хотел бы – сказал.

– Подлец! – Эльза достала из буфета бутылку бренди и принялась наполнять бокал, нервно звякая горлышком о его край. – Если узнают, что мы были с тобой… Если узнают, что я была с одним из вас… Ты не понимаешь, да? Меня выкинут на улицу! Это вопрос доверия! А ты… ты… – Заведующая библиотекой приложилась к бокалу, шумно выдохнула и отвернулась к окну. – Уходи, Филипп, – попросила она. – Прошу тебя, уходи.