Присмотревшись, увидел, что там, метрах в трех от меня, стояла женщина. Я рассмотрел аккуратную ушанку из светлого меха с пятиконечной звездой и приталенную на манер кафтана шинель без поясного ремня с узкими серебристыми погонами с одним просветом и тремя звездочками. Судя по эмблеме в виде рюмки с гадюкой, неизвестная была старшим лейтенантом медицинской службы. Кто-то из проезжающего медсанбата? Но я не видел среди них не то что женщин, но и вообще никого из медиков, если не считать за таковых шоферов и пару командовавших ими пожилых старшин – это была чисто транспортная колонна. Да и какая разница – фамилию-то она откуда знает?

– Я вас знаю? – спросил я все тем же придушенным голосом.

– А сам-то как думаешь? – сказала вместо ответа неизвестная.

А чего тут думать? Как говорит народная пословица, дергать надо. Только некуда, да и смысла нет. Хоть беги, хоть зови на помощь, хоть стреляй – чувствовалось, что толку не будет…

Я сделал пару шагов в ее сторону и, подойдя почти вплотную и приглядевшись (глаза как раз вполне привыкли к темноте), понял, что кого-то она мне здорово напоминает. Пару минут я лихорадочного соображал и… Твою ж мать… На лицо это была, несомненно, она. Та самая, кого я условно именовал Блондинкой. Личность женского пола, непонятно зачем возникавшая в пределах моей видимости уже очень давно. Называется – дождался. Пришла беда – отворяй ворота…

– Так, – сказал я. – Очень приятно. Наконец-то вы заговорили. Может, еще чего умного скажете или, может, прямо сейчас заберете на хрен отсюда? А то я уже несколько утомился в этом затяжном турпоходе по маршруту Москва – Берлин со всеми промежуточными остановками…

– Что узнал – хорошо, – сказала не так уж и незнакомая мне незнакомка. – А вот насчет остального все не так просто. Ну, а раз ты, а теперь еще и я здесь, ты уже должен был понять, что все это неспроста…

Интересное кино, я с ней разговаривал на «вы», а наглая бабенка с самого начала мне тыкала. Своеобразно. Хотя бывают такие бабы, которые с места в карьер, в любой ситуации сразу начинают разговаривать на повышенных тонах, с командирским металлом в голосе. На паре таких вот конченых стерв женаты по залету мои друзья-приятели из будущих времен. И из опыта общения с ними я уяснил, что женщины подобного типа не меняют манеры общения, даже если их, к примеру, пустить по матери в пеший поход с эротическим уклоном или дать по морде (последнее утверждение спорно, поскольку лично не проверялось – по-моему, бить женщин – это все-таки последнее дело). Особенно много таких, например, среди училок и мелких начальниц с профессионально и непоправимо деформировавшейся личностью. Неужто и эта из таких? Тогда я точно с ней наплачусь, если она, конечно, меня первая не замочит…