Данэ потянулся к чаще с вином, поднял ее. Пальцы сдавили глиняный кратер так, что тот рассыпался, растекся по светлой тунике пунцовым пятном.

— Многие знают мою историю. Я сорвался со скалы, куда мы ходили с Мэем добывать минералы для красок. Сломал обе ноги. Тогда некому было излечить меня быстро, как произошло с Хетти. Потом… Потом прошло довольно много времени. Я повзрослел. И я боялся. Боялся дня, когда придет свита из зашей долины или кто-то из святилища, чтобы говорить о чистоте духа. Пугало, что я не выдержу их речей, пойду туда… Случилось бы тогда непоправимое: приняв дух пещеры, кровь, тщательно смытую, но кричащую на века, я уже не смог бы видеть Мир прежним. А мне он был нужен только таким, каким я его познал, однажды открыв глаза. Я рад, что ни разу не ступал за железную ограду. Я не посвящу статую обряду Тога. Открою ее в любой день, только не в тот. Можете меня судить.

— Тебя невозможно судить, — отверг Мэй. — Мы выросли, как братья. Ты на восемь лет младше меня, но уже велик. Велик своим искусством. Хранители не могут не согласиться — Ланатон особо нуждается в высоком искусстве. Не исключения и строгие Дома Шестой, Седьмой Сферы. Не так ли Апи?

— Знания, превышающие могуществом силы стихий, нуждаются в плодах дерева капризов? Обители порядка и соразмерной силы необходима подсказка художника? Как странно… Или ты прав? Прав нарушая закон.

— Значит закон не совершенен, — сказала вдруг Эвис. — Создающему гармонию не нужны судьи. Только постигший истину, проникнувший в нее глубоко, там растворившийся чувством, способен показать образец подлинной гармонии. Для такого творца те, обобщенные знания только грубая мозаика. Они по сути обрывки одежды уже примеренной им.

— О! — воскликнул хранитель. — Ты, рассуждавшая со мной о непознаваемо сложных принципах мироустройства, говорившая о иерархии незримых сил и Общем Законе, теперь ты ставишь слабую попытку постигнуть Мир из себя выше мудрости веков?! Ты хочешь сказать: субъективное знание данное вечно изменчивыми чувствами может оказаться глубже, точнее, чем рациональный опыт поколений?! Тогда мне не понятно… Об этом спорили еще не зная Числа. Одни, мнившие будто их зыбкая фантазия есть настоящее знание, сеяли вокруг легенды и сами верили в них. Другие приняли мудрость и по сей день копят ее. Подумай, что есть Ланатон, и много ли ты узнала от пикритов? Подумай, куда делись меку?

— Эпос пикритов имеет другую почву и не лишен скрытого смысла. Он не только фантазия, еще и трансформированная память поколений. Безусловно, знания Ланатона объемлющи и точны. Но я говорю не о соотношении некогда близких культур. Говорю о творческом озарении, как о высшем сознании, — возразила хронавт. — Сознании художника. Ликс, другие показали красоту, но не более. Сам великий Ликор, выросший на традициях Ланотона и почитавший Закон, как никто более, показал, что может обнажить душу каждого. Этим же он сказал: «не я, никто другой некогда не сумеет изобразить мир, пусть малую его часть во всей полноте».