Он зашёлся в натуральной истерике. Звучно ударился лбом об пол, повалился на бок, блеснули слезинки, катящиеся из уголков глаз. Алмаз оторопело следил за выходкой Книжника, пытаясь как можно быстрее разобраться в хитросплетениях задумки, воплощаемой в жизнь. Счёт шёл на секунды, и Алмаз — ориентируясь на вышеупомянутых «страшных людей» плюс «маму в заложниках» — сделал зловеще-раздосадованное лицо, вперившись взглядом в ползущего к Молоху очкарика. Книжник ни за что не стал бы выдавать подобную ересь просто так, а значит, был в этом какой-то глубинный смысл, возможно даже (точнее — наверняка), ключик к спасению…

Шатуна, похоже, обуревали идентичные мысли, но одарил ли он всех присутствующих мимикой сданного с потрохами Терминатора — понять было почти нереально. Измазанное кровью лицо и так выглядело страшным: не было никакой нужды в дополнительных эмоциях…

— Не убивайте меня… — Книжник принялся всхлипывать, мелко сотрясаясь всем телом. — Поверьте, у меня не было другого выхода!

Молох смотрел на него с брезгливым любопытством. С лица Книжника упали очки, он вернул их на место непослушными руками, закинул голову, с мольбой всматриваясь в лицо «бутафорского властелина».

— Не убивайте… — Очкарик подполз вплотную к Молоху, принялся неистово покрывать поцелуями его обувь, поднимаясь выше… — Я готов присягнуть на верность: всё, что вы захотите. Не убивайте, умоляю.

Молох, на лице которого осталась брезгливость, а любопытство сменила откровенная скука, шевельнул ногой, отталкивая Книжника от себя.

— Рассказывай всё…

— Я лучше покажу… — Очкарик с откровенно холуйской улыбочкой завертел головой, смотря то на Алмаза, то на Молоха. — Так вы всё поймёте гораздо быстрее и лучше. Я не буду никого покрывать, это изначально было самоубийством, я говорил им, говорил… Умолял, доказывал!

— Показывай.

— Мне нужен нож.

— Дайте ему нож, — Шиз махнул рукой кому-то из мутантов. — Быстрее… Только не думай, что тебе удастся убить меня. Я — бог, я бессмертен.

— Я покажу! — Книжник пополз обратно к Алмазу, всё так же стоящему с характерным лицом наглухо и бездарно провалившегося ликвидатора. — Всё дело в нём, остальные просто пешки. Бессмысленный антураж…

— Не давайте ему ничего! — пьяно крикнула Виктория, пытающаяся подняться на ноги, но Молох даже не повернулся в её сторону. — Они все заодно…

Алмаз посмотрел на шиза, у того было лицо человека, нащупавшего какую-то ниточку, идущего по следу, собирающегося распутать этот клубок во что бы то ни стало… Любые доводы, любые возражения пропадут втуне: Молох попался на удочку очкарика, наживка уже была во рту. Оставался один пока что непрояснённый нюанс. Когда и кто будет делать подсечку…