Ради нее? Эшли сто раз говорила, что ее все устраивает, что Мировой совет хранит мир и порядок на Земле. А все проблемы оттого, что люди мало работают и много тратят. Когда он сказал ей, что некоторые тратят не больше глобо в сутки, она развела руками: «Ну, тогда их проблемы от недемократической власти и несвободной экономики. Или они просто слишком быстро размножаются».

Если для нее, то разве что в общем списке… но не больше, чем для какого-нибудь пятилетнего мальчика из Нигерии или Эфиопии, который пьет грязную воду из луж, ест траву, как кролик, и весит столько же, сколько это животное. Скорее уж для него, а не для взрослых со всех континентов, которые будут смотреть на эту битву в новостях, пожирая чипсы и накачиваясь пивом.

Неважно, сочувствуют они, поддерживают или проклинают. Никакой разницы! Все равно они там, а ты здесь. Приносишь жертву, которая им не очень-то нужна.

Он вспомнил ничего не выражающие оловянные глаза-пуговицыродственников, знакомых, коллег. Их мечты, их планы, не простирающиеся дальше карьерного роста на одну ступеньку, новых покупок и отдыха на престижных курортах. Свои поездки они, разумеется, запротоколируют дотошнее, чем врач – выполнение сложной операции, и выложат подробный трехмерный отчет. А если не удастся съездить или слетать, не удастся купить, – сделают только отчет. И для френдов этого будет достаточно. А вот без отчета никакое событие ценности не имеет, даже самое счастливое и важное. Его будто не было.

И это ради них? Да они ничего не хотят и не могут хотеть, кроме как поменять злого хозяина на хорошего, который чаще наполняет миску и меньше бьет сапогом по хребту.

Майкл, Иштван, Чиумба, Ким, Петр, Серега из Корпуса. Хорошие служаки, почти все отличные семьянины. Грубые, книжек не читающие и не знающие, чем Гегель отличается от Гитлера, и кто победил последнего – может, марсиане. Хотя нет, Петр и Серега знали, но это никак не влияло на их поступки.

Все они – по-своему честные, и для своих готовы свернуть горы. А еще они всегда делают то, что им прикажут. В том числе и убивают тех, на кого им укажет начальство. И его убьют, если их пути пересекутся. И уже на следующий день будут жарить барбекю, как в свое время жарили, будучи у него в гостях. Готов ли он на эту жертву ради них?

«Да, готов, – ответил Рихтер своему внутреннему голосу. – И проваливай ты на хрен, голос! Мне хватает электронных голосов, чтобы еще воображаемые слушать».

Все же Максим надеялся, что им не придется воевать против Корпуса. Была еще призрачная надежда на то, что Мировой совет пойдет на уступки. На то, что еще существовало какое-то политическое решение конфликта.